Эти слова должны были объяснить все, но почему-то веллади их не понимала. Мои имя давало все. Оно говорило о том, что где-то далеко-далеко, в архивах Ковена, под грудой целого арсенала всевозможных заклинаний, спрятан маленький кристальный кубик с образцом крови девушки с тем же именем, что и у меня. Да, тому образцу около пяти сотен лет, и он находится в спячке, потому что его хозяйка погибла в неравной схватке с невероятно сильным магом. Но в той, совершенно крохотной частичке Китры Латер, осталась еще более крохотная частичка ее души, которая с радостью откликнулась на зов ритуала. Откликнулась, и сообщила, что ее хозяйка, конечно же Сестра Крови, да только почившая много веков назад. А значит, если она и сможет поучаствовать каким-то образом в дуэли за честь статуса Матери, то уж точно во второй раз умереть не сможет.
Женщина снова изменила вопрос. Все-таки она просто так прибывала в должности смотрительницы.
— Что означает “Китра Латер”?
Все и ничего. Но это слишком простой ответ.
— У каждого свое мнение на этот счет, — мне нравилось, как звучал мой голос. Словно журчание ручейка, бегущего со склона горы в жаркий летний денечек. Но я не была ручейком, и кроме обжигающего прилива глушащей все и вся крови, у меня ничего не было. И этот диссонанс сводил с ума. — Принесенная жертва. Например, твоя.
Я вывернула запястье в ее руке, и перехватив инициативу, резко дернула женщину на себя, впиваясь второй рукой в ее горло. Веллади растерялась всего на мгновение, и только из-за того что была уверена — я нахожусь под контролем. Так и было. Только вот под чьим, даже я не была до конца уверена.
Звонкое “чпок” и насытившееся кровью заклинание резко разорвалось, приложив обе стороны мощным откатом. Сознание отключилось всего на секунду. Но и этого хватило, чтобы резко изменить ситуацию.
Я прижималась к стене и не могла вспомнить, когда успела встать. Веллади держалась от меня чуть в стороне, облокотившись о стол, и пыталась стереть со своей шеи мою кровь. Она раздраженно глянула в мою сторону и чуть охрипшим голосом сказала:
— Извинений приносить не буду.
Под стираемыми потеками крови, я видела, как начинают наливаться синяки на ее шее, аккурат под захват моей ладони. Внутреннюю меня это безумно радовало. Ровно до того момента, как я почувствовала, что у меня жутко саднит ладонь и ребра отзываются болью от каждого вдоха.
— Я уж тем более.
— Тогда слушай…те… внимательно. Ваше появление произвело очень сильный эффект на наших послушниц. Отражение, с которым вы приехали, никто не обидит и Осколком не сделает. Мы не варвары и не монстры, что бы вы там о нас не думали. — На этом слове я не удержалась и хмыкнула. Потому что мой левый бок на пару с ребрами, считали совершенно иначе. — С девочкой будет все в порядке. Ей в любом случае ничего не грозило. У ее Старшей разыгралась паранойя на фоне приближающейся луны, и она не смогла достойно принять свою смерть, впутав вас, посланник, в свои проблемы. Я благодарна, что вы с достоинством исполнили просьбу падшей и доставили домой нашу сестру. Но… вы произнесли клятву, перейдя границу пансионата. Вы заявили себя Матерью, возложив на себя и на нас определенную ответственность. Боюсь, что просто так я вас отпустить не смогу.
— Из-за того, что я знаю о Сестрах Крови в стенах пансионата?
— Нет. Что за глупости? — Женщина прочистила горло и ее голос вновь зазвучал похоронной мелодией. — Вы назвались Матерью и зашли на нашу территорию. Если вы уйдете, это титул так при вас и останется.
— Я готова от него отказаться, — фыркнула я. — Или, погодите. Сейчас угадаю, снять его можно только смертью?
— Угадали, — согласилась женщина, отбрасывая окровавленный платок в сторону.
Я выиграла себе час жизни, но кажется проиграла все остальное.
Алеса собиралась добавить что-то еще, но тут в дверь постучали.
— Войдите, — отозвалась я, забыв, что в этом кабинете команды отдает совершенно другой человек.
Дверь распахнулась.
И я отчетливо поняла, что сознание вернулось ко мне без моего рассудка, и без моего здравого смыла.
Глава 4
Ее дыхание сбилось. Она бежала сюда издалека. По холоду. Скинув верхнюю одежду где-то по пути, но забыв богряный шерстяной платок, контрастным пятном обволакивающий шею и черные складки зимней одежды. Бледное лицо. Несколько мелких шрамов над губой. Широко распахнутые голубые глаза с отблеском льдистой поволоки… Прекрасный каскад светлых волос зачесан назад в тугой пучок. Слишком жесткая линия плотно сжатых губ, скрывающих за собой рвущиеся наружу запретные слова.
Зрение меня не подводило.
Я знала эту девушку.
Призрак прошлого, отраженный от гладкой поверхности клинка, перечеркнувшего хрупкую, девичью мечту. Мраморное изваяние, застывшее под рукой опытного мастера. Абсолютное непонимание происходящего.
