— Доброго вам дня! — хором поприветствовала меня группка юных Сестер. Иерархия у кланов была одинаковой. Везде присутствовали Тени, Отражения, Старшие и Младшие, но вот Осколки были только у клана Крови.
Я что-то невнятно промямлила в ответ, после чего шепотом обратилась к Лиане:
— Вы готовитесь к какой-то проверке?
— С чего ты взяла? — махнула она рукой девчонке в светлом платьице, с аккуратной прической и улыбкой на устах.
— У нас так всегда. Я же рассказывала, как здесь обстоят дела.
— Я думала, что ты шутишь. Проклятье! Я надеялась, что ты шутишь!
Лицо младшей было абсолютно серьезным.
Во что же вы все тут превратились за последние пятьсот лет?
” — Давай сбежим, — предложила себе я. “
” — Давай, — тут же согласилась я с собой. “
Я мельком глянула в окно, пытаясь оценить вероятность удачного приземления со второго этажа в сугроб. Шансы были высоки.
Всю идиллию для реализации трусливого плана побега, прервал юный девичий голосок.
— Смотрительница готова вас принять, — девушка, встретившая нас на входе поклонилась, кинула мимолетный заинтересованный взгляд на Лиану и отворила тяжелые дубовые двери в приемные покои главной смотрительницы пансионата. Прежде чем я успела сделать шаг, провожатая предупредила:
— Только вас. Отражение должна остаться.
Я не стала спорить, жестом приказав мелкой подождать меня здесь. Собралась с духом и вошла внутрь.
Просторный кабинет. Огромные чистые окна. На стенах расшитые золотом гобелены. Десяток портретов, скорее всего, предыдущих смотрительниц, либо каких-то важных лиц Ковена, которых я совершенно точно не знала. На миниатюрных столиках по бокам, на каминной полочке, на подоконнике, повсюду стояли вазочки с цветами, чей удушливый аромат плотным шлейфом обвивался вокруг горла. Пол, все из того же белого мрамора, да и в общем вся обстановка представляла из себя нежно-розовый пудинг с сахарной глазурью и клубничкой сверху.
Смотрительница — глава пансионата. Самое высшее звено, до которого я могла добраться не возвращаясь непосредственно в сам Ковен. Может быть во мне говорили навязанные стереотипы, но женщин, занимающих управляющие посты в Ковене, я воспринимала как носительниц холодного и расчетливого ума. В общем, как людей, которые слишком заняты, чтобы отвлекаться на всякую чепуху и достаточно мудры, чтобы понимать — все мы совершаем ошибки. Исходя из этой уверенности я и собирала свою линию поведения, предполагая строить диалог со смотрительницей на фундаменте из правды.
— Рада приветствовать в стенах нашего дома посланника Света. — Поприветствовала меня женщина. При моем появлении она встала из-за стола, и указав мне на кресло для посетителей, села обратно. Ее волосы были собраны в тугой пучок, в ушах поблескивали перламутром сережки-гвоздики. Вместо ожидаемого мной брючного костюма или же дорогого наряда из порчи и шелка, на женщине было обычное платье, более подходящее для матери-настоятельницы какого-нибудь монастыря, чем для смотрительницы пансионата, внутреннее убранство которого могло потягаться с поместьями некоторых зажиточных дворян. — Я — главная смотрительница пансиона, веллади Алеса.
Привычное чутье забило тревогу
— Китра Латер, — представилась я, как-то мигом растеряв слова подготовленного монолога. — Я…
Замешкалась, моментально теряя нить лидерства. Под добродушным взглядом женщины я почувствовала себя очень странно. Как будто с души слой за слоем сдирали защиту, обнажая оглушающую пустоту.
— Вы, наверное, хотели рассказать, зачем посланнику Света пускаться в очень опасную авантюру, представляясь тем, кем он не является, — решила помочь мне смотрительница.
— Верно, — шумно сглотнула я, понимая, что прямо сейчас придется проявить чудеса дипломатии и сообразительности, чтобы выгрестись на поверхность. К сожалению, чудеса не по моей части. А вот опыт, смешанный в ядовито-обжигающем коктейле из обезоруживающей правды и хладнокровной лжи, — это да, это мое.
Я села на предложенное место. Немного поерзала, пытаясь принять удобную позу. Под взглядом веллади Алесы спина выпрямлялась сама собой, а руки, заметно подрагивая, складывались на коленках. Сделав глубокий вдох, и напомнив себе, что я взрослая, уверенная в себе женщина, начала говорить.
