Каморра откинулся на кресло, ощущая вкус крови во рту. Полная потеря сил остановила все его мысли… но что-то еще присутствовало в мозгу. В утихнувшем сознании светилась зовущая точка — Красный камень. Заклятие, произнесенное на Оранжевом алтаре — «тот, кто меня слышит» — подействовало и на Каморру, слышавшего собственное заклинание, поэтому он тоже мог чувствовать направление на камень. Маг остановил внимание на точке, улавливая подробности. Возникало неясное ощущение человека, несущего камень, его амулеты — перстни Грифона и Феникса, очертания местности, похожей на долину Руны в окрестностях Бетлинка. Камнем владел другой, уничтоживший Боваррана и его диск, и этот другой был магом!
Если бы Каморра знал, что грабитель, побывавший в Бетлинке, не унес с собой ничего, кроме жезла Аспида, его подозрения зародились бы гораздо раньше. Но помощники, обнаружившие сломанный шкаф, очистили его от золота и свалили пропажу на недотепу-взломщика. Они изрядно недоумевали, когда поняли, что хозяин в таком бешенстве не из-за пропажи золота, а от исчезновения какой-то каменной штуковины, назначение которой понятно только магам. Тогда Каморра заподозрил двоих, видевших сейф — Скампаду и Кеменера, хотя ни один из них не был магом. Но Кеменер был далеко, а отыскать Скампаду по диску не удалось, поэтому маг был вынужден отложить дознание. Теперь и кража, и загадочное исчезновение дисков, и странная история с Красным камнем сложились в единую картину.
Догадка мага мгновенно переросла в убежденность — о камнях Трех Братьев и их свойствах знает не только он.
Есть люди, которые ищут камни, чтобы с их помощью сломить его магию. Это означало потерю всего. «У них уже есть два камня! — забилось в мозгу Каморры. — Немедленно нужно вернуть хотя бы Красный!»
Каморра провел дурную ночь, гадая, кто может быть его противником. К утру он решил немедленно выехать в погоню за магом, завладевшим Красным камнем, и чуть свет послал за Госсаром, чтобы передать командование уттаками. Как маг ни сомневался, справится ли тот с огромной толпой дикарей, будучи совершенно незнакомым с магией, оставлять Красный камень в руках противников казалось еще опаснее.
Госсар вошел, не скрывая недовольства.
— В чем дело, Каморра? — спросил он. — Разве ваши планы сменились, и мы выступаем сегодня утром?
— Они сменились, — нервно сказал маг. — Мне нужно срочно уехать на несколько дней. Если я не вернусь через неделю, ты один поведешь уттаков на Босхан.
— Я получу руководство всеми уттаками? — Госсар мгновенно забыл о своем недовольстве.
— У меня есть не больше двух дней, чтобы выучить тебя управлять ими. Постарайся освоить это искусство, или они пустят тебя на закуску.
— Не сомневайтесь, Каморра, они не вырвутся из-под моей власти. Я и не таких удерживал.
— Дай мне твой диск. Я наложу на него добавочные заклинания, чтобы он стал пригоден для подчинения уттаков.
Маг выждал, пока Госсар снимал с шеи цепь, и протянул руку за диском.
— Выслушай главное, — сказал он, забирая диск. — Ты можешь повлиять на уттаков лишь в том случае, если твой приказ совпадает с их собственными желаниями. Никакая магия не заставит их ни строить, ни пахать. Они всегда готовы напасть на чужого, тем более — на человека. Я всего-навсего заставляю их делать это одновременно. Я внушил им, что люди отняли у них остров, что они угождают предкам, захватывая города и села. Я внушил им чувство превосходства над людьми, поэтому они не враждуют между собой, объединившись против худшего зла. Я ежедневно внедряю в них — «Вы — цвет острова, вы обижены, оскорблены, выгнаны со своих мест. Все, что есть у людей, принадлежит вам. Я — тот, кто пришел возвысить вас, вернуть вам все, что вам принадлежит по праву». Внушай им эти мысли, и они пойдут за тобой.
— А куда их девать, когда остров будет завоеван? — невольно спросил Госсар.
— Нет ничего проще, — усмехнулся Каморра. — Кто готов ограбить и убить чужого, рано или поздно так же обойдется и со своим. Я подтолкну каждое племя, внушу, что их соседи нахватали добычи не по заслугам, и они перебьют друг друга.
Рассуждения мага помогли Госсару догадаться о причине его успеха у уттаков. Сыну босханского оружейника было куда легче понять дикарей, чем человеку высокого рода.
— Я скоро вернусь. Жди меня здесь, — сказал маг и ушел с диском.
В течение двух дней Каморра не отпускал от себя Госсара, обучая его устанавливать контакт с обладателями дисков и посылать им приказы. Тот с трудом осваивал непривычное искусство, вызывая гнев нетерпеливого и резкого на язык босханца. На исходе второго дня маг выехал с Госсаром за городскую стену и потребовал от того подозвать уттакских вождей. Госсар, покраснев от напряжения, уставился на свой диск, и вскоре вожди появились.
— Слушайте меня! — обратился к ним Каморра, указывая на своего спутника. — Этот человек — великий воин, он поведет вас дальше. Повинуйтесь ему, как повиновались мне, или гнев белого диска обрушится на вас!
Вожди согласно загалдели, взглядывая исподлобья на Госсара. Знакомство с новым вождем вождей состоялось.
