Проще согласиться. Взять вину на себя. Ведь ему всё равно никогда не верят. В который раз он виноват в том, что она что-то натворила! Он зол. Он очень зол и, наверное, он отстегает сейчас сестру полотенцем. Этому демону в юбке давно пора задать хорошую трепку. Зачем она вообще появилась в его жизни?
А она стоит поодаль у летней беседки, увитой виноградом, вытянувшись, как струна, сложив руки, как и подобает хорошо воспитанной леди, и терпеливо ждет, пока отец поговорит с ним.
Он проходит мимо, не глядя на неё.
— Рикард! Подожди! — она идет за ним с выражением притворной покорности и раскаянья на лице.
— Отстань от меня! Я не говорю с тобой больше! Из-за тебя меня снова накажут!
— Так тебе и надо! Будешь держать обещания! — восклицает она. — Ты обещал научить меня бросать нож!
— За это меня тем более накажут! И ты сама не держишь обещаний! Ты обещала не играть с огнивом! Зачем ты вообще его взяла? — он шагает быстро, не оборачиваясь.
— Я и не играла. И не брала его. Камыш сам загорелся.
— Да у тебя в руках всё время всё горит! Я больше не буду тебя защищать! Ты ещё врёшь мне!
— Я не вру! — восклицает она яростно и топает ногой.
Она некоторое время идет за ним молча, стараясь приноровиться к его быстрому шагу.
— А ты знаешь, что на южном склоне в старом винном погребе потолок провалился? — произносит она, как будто невзначай. — И я слышала, как Адриан говорил конюху, что там чьи-то кости нашли…
— Кости? — Рикард замедляет шаг. — Человеческие?
— Ага, — произносит она довольная произведённым эффектом и добавляет торжественным полушепотом, — и череп!
Он останавливается. Оборачивается. Сестра смотрит на него невинно и кротко, и спрашивает:
— Пойдем, посмотрим?
И он понимает, что вот сейчас она снова втянет его в дурацкую историю, но… череп! Череп, пожалуй, стоит того.
А она, видя, как он колеблется, добавляет:
— Возьмем лошадь, ты огниво, а свечи с кухни я уже прихватила.
— Лошадь? А если отец узнает?
— Он сейчас едет к милорду Текла, а мы по-быстрому! Мы же только посмотрим… И он же сам велел тебе почистить Барда.
Тогда всё закончилось плохо. Трещина пошла дальше по прогнившим на потолке балкам, и его сестра провалилась в тёмное брюхо подземелья. И от склона холма откололся кусок рыжей глины и сполз в реку, завалив вход и едва не утащив её за собой.
Рикард звал на помощь. Стегал коня и мчался в поместье Текла, которое было ближе к проклятому холму. Он помнит, как сам копал руками рыжую глину, и люди Текла тоже, как отец кричал на него, а он проклинал сам себя…
Её спасли.
