Альтер Эго полностью

— Почему? Да потому! Потому что в бумагах Крэда я нашла кое-что интересное о тебе, Рикард Адаланс! И… О, ужас! Какое совпадение, сразу после этого Крэда убили! Ты ещё скажи, что это случайность!

— Обо мне? — его удивление было искренним.

Да что такого о нём могло быть в этих бумагах?

— Вижу, ты понимаешь, о чем речь! Ты соврал мне! Ты врал мне все это время! Тебе нужны были именно эти бумаги, и ты притащился за мной в Лисс, пытаясь их украсть! Ты разыграл всё это нападение в гостинице со своим дружком Сейдом, а потом таскался за мной, подкарауливая момент. Вот только руны мои снять не смог! Так ведь? А потом, когда я не поехала в Таршан, ты послал своего дружка втираться ко мне в доверие? Я уже не уверена в том, что ты и псов не подговорил, рыцарь-спаситель! — она почти кричала. — «Я похожа на твою сестру!», «Ты ранена, отдыхай!», «Я поделился с тобой силой»… Свинья! Сволочь! Скотина!

Она снова бросилась на него, и Рикард быстро отвернул коня в сторону, уводя её лезвие и ускользнув от удара.

— Что? Что за бред ты несешь? Украсть у тебя бумаги? Да на кой ляд они мне! И какой ещё дружок Сейд? Ты вообще о чём? Силы небесные, это я подослал псов?! Кэтриона, ты что, одной беленой питалась по дороге сюда?

— О! Вот это у тебя хорошо получается — притворяться! Искренность так и плещет! Попробуй податься в лицедеи! Думаешь, я поверю тебе? Я уже не уверена, что Крэда убил не ты, между прочим! И дом его сжёг! У тебя для этого был и повод, и время, и оружие. А мне наплел про каких-то неведомых убийц! Но сейчас ты мне всё расскажешь, или, клянусь своей косой, я перережу тебе горло и сброшу со скалы.

Она замахнулась, но Рикард пригнулся, пуская коня вперед рывком, и ударил так, что сабля вылетела у Кэтрионы из рук и упала в траву. Все-таки она очень самонадеянна, думая, что сможет победить его в таком бою. И слишком зла, чтобы здраво рассуждать.

Кэтриона мгновенно спрыгнула с лошади, но Рикард её опередил, отшвырнул свою саблю, бросился на Кэтриону сзади, сбивая с ног. Они покатились по сухой траве, и он навалился на неё сверху, перехватив обе руки за запястья, и завел их за голову.

— Ну всё! — он прижал её к земле и произнес, глядя прямо в лицо. — А вот теперь мы поговорим нормально! Повтори, что ты сказала про косу?

— Что?

Она изворачивалась, пытаясь лягнуть его ногой, но он держал её крепко.

— Так что ты сказала про косу?

— Про какую, к Дуарху, косу?!

— Ты сказала, клянусь своей косой?

— Да какая разница!

— Откуда ты знаешь это выражение?

— Ты спятил? Отпусти меня! Предатель! Или ты не умеешь драться честно?

— Я-то умею, но ты уже проиграла, — он усмехнулся, разглядывая её раскрасневшееся лицо и глаза, пылающие таким праведным гневом, тёмные, как спелые черешни…

…клянусь своей косой…

…и эта ярость, необъяснимая, и так странно знакомая…

— Почему ты должен уехать? — спрашивает сестра.

Она стоит, насупившись, с недовольным лицом и теребит в руках желтого бумажного змея, которого они сегодня полдня запускали над виноградниками.

Солнце склоняется к вершинам деревьев, из-за стройных рядов лоз доносятся песни работниц — первый урожай сладких синих ягод падает в корзины.

— Отец отправляет меня в Рокну. Я буду учиться и стану офицером, не всё же время мне проводить с девчонкой! — усмехается Рикард и срубает бариттой высокий стебель полыни.

Отец подарил ему настоящую баритту, длинную. Такую же, как у него самого. С красивой гардой и гербом Азалидов на ручке. С лезвием, таким гладким и блестящим, что, кажется, коснись его пальцами, и оно запоёт тревожно. Не то что короткий городской меч, которым он тренировался до этого.

— Надолго? — спрашивает сестра, и впервые её голос так странно дрожит.

— На три года… наверное.

— Три года! Так долго?! И ты бросишь меня здесь? — она смотрит решительно и почти умоляюще. — Возьми меня с собой!