Никогда... даже когда падала с забора или неудачно кувыркалась в пылу их веселых игр, ни ободранные локти или колени, ни заноза, порез или ожог не могли заставить её плакать при нем. Она только хмурилась и закусывала губу.
И говорила:
— Вот видишь, мне не больно.
Словно повторяла это для того, чтобы самой поверить.
Пруд затянут ряской, и по его поверхности плавают огромные блюда из листьев кувшинок с фужерами лиловых цветов, и камыш, точно верный страж, скрывает её убежище от посторонних...
— Мама зовет к ужину...
Она сидит, опустив ноги, и водит палкой по воде.
— Я не хочу есть.
— Мама расстроится, ты же знаешь.
— Уйди, я не хочу тебя видеть! Предатель! Ты бросаешь меня!
— Послушай, — Рикард садится рядом, — я тебя не бросаю. Я же не навсегда уезжаю. Потом я вернусь и... даже, если хочешь, я женюсь на тебе... при... определённых условиях. И больше не уеду...
— Женишься на мне? — она поворачивается к нему, и на лице снова лукавая ухмылка.- И мы всегда будем вместе?
— При определенных условиях!
— И при каких же? — она отбрасывает палку и смотрит на него с вызовом.
— Если ты будешь себя вести, как леди, и вырастешь красивой. Если у тебя не будет ободранных коленей и ссадин на руках, и если ты будешь уметь очень хорошо танцевать.
Мать всё сокрушается, что не может сделать из неё настоящую леди...
— Ты же опять соврешь! Ты обманешь меня! Ты всегда меня обманываешь!
— Давай поклянемся, если не веришь мне.
— Поклянемся? Кровью! Лимонами! И зеленым крыжовником! — восклицает она с ухмылкой, зная, как он ненавидит зеленый крыжовник и лимоны.
— Как скажешь!
Она снимает с шеи ожерелье — диск из двух половинок: золотое солнце и серебряная луна на цепочке — и разделяет его пополам.
— Ладно, ты будешь солнцем, так и быть, а я могу быть луной. Клянись, что не снимешь его, пока не вернешься ко мне!
— Клянусь...
Они скрепляют клятвы кровью, как и положено. А зеленый крыжовник придется съесть тому, кто нарушит клятву первым.
Они надевают на шею половинки ожерелья, и она протягивает ему мизинец:
— Мир?
— Мир.
<p>Глава 15. Ложь, в которой нет лжи</p>— А тебе не кажется странным то, что на нас напали сразу же, как только отряд Нэйдара скрылся из виду? — спросила Кэтриона после того, как они перешли с рыси на шаг, ехали уже долго, и лошадям нужно было отдохнуть.
Рикард посмотрел на неё искоса. Нельзя сказать, что такая мысль не приходила ему в голову.
Да, Карриган принял его довольно прохладно, но чтобы вот так глупо устроить засаду? К тому же Песчаные псы... едва ли он мог за день притащить их с далекого юга. Нет. Скорее, нет.
— Не думаю, что это Туры. Впрочем, это можно проверить. Посмотрим, как они будут вести себя, когда вернутся. Не стоит им рассказывать сразу о том, что произошло.
— Не стоит им вообще что-то рассказывать, — добавила Кэтриона.
