Альтер эгоисты полностью

Покачиваясь, он вышел на тротуар и медленно потопал в сторону дома.

Я прошла с ним двадцать метров, прежде чем осмелилась снова заговорить.

– Слушай, извини, что я проболталась Ларисе…. Я не хотела.

Я шла чуть позади и смотрела ему в спину.

– Проболталась? – Матео рассмеялся на всю улицу. – Вот только не пытайся убедить меня, что это случайность.

– Это и есть случайность.

Матео вихрем развернулся и уставился на меня так, будто я только что назвала его мать грязной потаскухой.

– Поцелуй тоже был случайностью? – спросил он, остановившись. – И обнималась ты сегодня со своим парнем тоже по случайности?

Внутри меня всё сжалось от стыда и страха, словно невидимая рука крепко схватила меня за шиворот и прижала в угол.

– Нет, Тео… причём здесь это?

Он едва мог сфокусировать на мне свой взгляд, но я чувствовала, как он тяжело дышит от переполняющего его гнева.

– Как же ты меня достала! – воскликнул он, хватаясь рукой за голову. – Как я от тебя устал…

– Пожалуйста, не говори так, – взмолилась я, протянув к нему руки.

Но он оттолкнул меня – не сильно, но достаточно, чтобы я отошла назад.

– Я пытался, правда, пытался, – голос Матео был полон разочарования, – пытался объяснить это себе.

Он отчаянно затряс руками, словно пытаясь достучаться до меня. Я лишь стояла, стыдливо поджав губы.

– Но ты всегда такая, Арден! – сказал он, указав на меня ладонью. – Играешь мною, как тебе вздумается, … манипулируешь, будто я…. Я так устал от этого!

– Я не манипулирую.

– Не отрицай!

Я впервые видела его таким обозлённым и обиженным.

– Ответь тогда, зачем меня поцеловала? – Он подошёл ближе, и я смогла учуять резкий запах алкоголя. Я подавленно молчала, не зная, что ответить ему. – Я знаю, почему, – произнёс он уже тише, – чтобы заставить своего парня ревновать. Угадал?

– Нет, – возразила я, отчаянно мотая головой.

– А потом рассказала всё Ларисе, чтобы я снова остался при тебе!

– Нет!

– Да!

– Ты не в себе, Матео! – Глаза защипали от слёз. – Я не манипулировала тобой. Ты мой друг. Наша дружба настоящая, – уверяла я.

– Нет, я тебе не друг.

– Ты серьёзно? – не веря своим ушам, спросила я.

Отвратительная мысль, вспыхнула в моей голове: Неужели, он дружил со мной лишь для того, чтобы стать ближе? Неужели решил, что я должна ему что-то за его нереализованный романтический интерес?

– Мы были друзьями, – поправил себя Матео. – Какое-то время я даже думал, что так гораздо лучше. Но ты как обычно запудрила мне мозги!

– Нет, всё совсем не так!

– А как же?! – развёл руками Матео. – Ты знаешь, что нравишься мне с пятнадцати лет, и пользуешься этим, когда тебе выгодно!

Из моих глаз брызнули горькие слёзы и побежали ручьём по лицу. Я ненавидела, когда на меня кричали – не могла терпеть.

– Прости, – сразу же понизил он голос, – но тебе лучше держаться подальше от меня, потому что я видеть тебя не могу больше. Иди домой.

– Я не хочу, – всхлипнула я.

Он отмахнулся и развернулся ко мне спиной:

– Потому что думаешь только о себе.

Я так и не довела его до дома в тот день.

Все две недели перед церемонией вручения аттестатов Матео даже не смотрел в мою сторону. Я тоже, но лишь потому, что боялась увидеть разочарование в его взгляде. Однако во мне всё ещё теплилась надежда на то, что всё уладится и забудется. Затем я узнала, что Матео отправляется учиться за две тысячи километров, и поняла, что это конец.

Мы пересеклись взглядами во время общей фотосессии выпускников, но после церемонии Матео ушёл домой.

Это был последний раз, когда я видела его. Вплоть до сегодняшнего дня.

Дом. Чудное слово – такое короткое, но такое значимое.

Щелчок выключателя – и свет в прихожей зажегся.

Дом Пич – это небольшая уютная квартира с видом на зелёный парк. Именно эта квартира, что не приглянулась ей изначально, сейчас являлась для неё тем самым безопасным местом, спасающим ото всех невзгод своей уютной тишиной. Пич переделала в квартире почти всё: мебель, двери, подоконники, заменила унитаз и пол. Она копила на свою квартиру с шестнадцати лет (не без помощи родителей, разумеется), и как только ремонтные работы в квартире были закончены, она нашла себе соседку по объявлению.

Они с Лидией жили под одной крышей уже два года. И, честно говоря, лучшей соседки для себя Пич и не представляла.

– Отвратительный вечер, – ворчала она себе под нос.

Стащив с ног неудобные туфли и отбросив их в угол, Пич зашагала прямиком в гостиную. Но учуяв сладкий запах выпечки, ноги сами потянули её на кухню.

– Я вернулась! – объявила она на всю комнату.

Из-за высокого обеденного стола высунулась Лидия, а точнее, её черноволосая круглая голова.

– Ты вернулась?

– Это была просто скука смертная!

– Лукас был?

– Конечно. Ещё бы он пропустил день рождения любимой кузины, – отозвалась Пич, закатив глаза.

Лидия вытащила на стол поднос со свежеиспечёнными кексами. Запах был изумительный.

– Про Арден, кстати, ни слова не сказал, – заметила Пич, хватая рукой кекс.

– Эй!