–Значит, решено, – твердо проговорил Данил, не обратив внимания на двоих воздержавшихся. – К десяти все должны быть в сборе, поэтому все приготовления стоит начать хотя бы за час…
-Ника, посмотри, ну ты же сама на себя не похожа! Зачем так волноваться?
Данил нежно гладил ладонь с виду напуганной девушки. Только сейчас он понял, что успокоить любимую не получится: если его терзают сомнения и пугающие мысли, то что уж говорить о девушке… Хотя, Вероника всегда держала себя максимально хладнокровно. Точнее, она безупречно могла это показать.
–Данил, перестань! Сам видишь настроение ни к черту!
Вера отдернула руку и повернулась к парню спиной. Но в следующее же мгновение девушка будто раскаялась в своей бестактности:
– Я… извини, но мне правда стоит побыть одной. Ты как себя чувствуешь?
Вероника заметно потеплела, но так и не повернулась к своему возлюбленному.
Данил молчал. Всегда они с Верой открывались в сложных ситуациях, излагали друг другу свои мысли и чувства, даже если в них было полно дерьма и другой дряни. Но сейчас, Данил впервые чувствовал такую отстраненность. Без сомнения, Вера утаивала от него малую, может быть и вовсе незначительную, но для нее самой важную мысль. И делиться ею Вера точно не собиралась. Тогда Данил, совсем потерявшись, встал с кровати и собрался уходить. А поговорить они успеют потом.
А что если не успеют… И все же Данил был уверен, что сделает все возможное, чтобы ее защитить. Защитить то, что уже стало для него важнее собственной жизни – их семью.
Он положил руки на плечи Веры и чуть ли не насильно посмотрел в глаза, увидев потерянные, размытые серьезностью и волнением зрачки.
–Я сделаю все, чтобы мы с тобой остались живы. Чтобы ты осталась. Даже не сомневайся в этом. Я тебя люблю и не дам какому-то наивному придурку испортить твою жизнь. Нашу жизнь.
Вера не отрывала взгляд, но после глаза переполнились слезами, и она обняла своего возлюбленного и уткнулась лицом в его плечо. И на этот раз Данил почувствовал нежность. Ту самую, какую чувствовал уже на протяжении долгого времени.
–Смотри, что я нашел сегодня утром около машины Льва. Это ведь те таблетки, которые он давал тебе вчера?
Из кармана кожаной куртки показалась пластинка с таблетками.
Вера взглянула и замерла.
–Да, это они. Где ты их нашел? – Вера вытерла слезы длинным рукавом своей полупрозрачной кофты.
–У машин, в гараже. Никто кроме меня и Льва туда попасть не мог. А вчера вечером этих таблеток там не было.
Вера кивнула и еще раз обняла Данила. Это пресловутая пластинка могла дать хоть небольшую надежду расстроенной подруге. Может Лев просто ушел…
–Знаешь, я схожу к Насте и постараюсь приподнять ей настроение. Это ведь значит, что Лев еще может быть жив. Верно?
–Подожди. – Данил дернул Веру за руку, усадив ее обратно на место. – Может, ты и права. Но если он в порядке, и это действительно его пластинка, то… В общем, колеса у машин просто так не спускаются.
После этих слов Вера задумалась: а стоит ли идти к Насте? Наконец, она плавно поднялась, отпустила руку Данила и направилась к выходу. Почти провернув ручку двери, Вера обернулась и осторожно взглянула на Данила.
–А что бы ты сделал, если записка пришла тебе?
–Вера, давай потом, просто не думай об этом, хорошо. Да и зачем? У нас же их нет, значит, и думать о них не стоит… – в опущенных глазах Данила будто сверкнула молния, и они поднялись на дверь.
–Их ведь у нас нет?!
–Ну, я очень надеюсь, что тебе сегодня ничего не пришло. Старайся больше наблюдать за поведением других, как это делаю я. Может, что и подметим.
–Ника… Успокойся и не думай о всякой чепухе, хорошо?
Вера не ответила на очередное нравоучение. Лишь ручка с тихим скрипом провернулась на темном выходе из комнаты.
-И зачем это все? Кому все это понадобилось? – сказал уставший и взволнованный не меньше Вероники Герман.
–Так, Герман, только не ной, хорошо?! Почему я вечно должен напоминать тебе это простое правило? – Ответил Женя, между делом посматривая в открытую книгу, на одной странице которой он провел уже добрых треть часа. Мысли то и дело уводили его от чтения.
–Ты до сих пор в это веришь? – Предпринял еще одну попытку Женя, пытаясь успокоить своего брата.
–А ты до сих пор в это не веришь? Тогда куда, по-твоему, исчез Лев?
–Ну, мало ли, – уверенностью от этой фразы даже не пахло. – Пойми, про Льва мне известно не больше, чем тебе, но я уверен, что он просто… в двух словах, что он еще вернется. До наступления темноты еще полно времени.
–Ты вправду так думаешь?
–В точности так и думаю.
Герман усмехнулся, и его рот расплылся в улыбке. Он будто сам на секунду поверил в сказанные его братом слова.
–Нет, твои слова совсем не похожи на правду. Даже факты говорят о самом печальном.
–Факты, которых и нет вовсе?! Так?
Герман ничего не ответил. Он лишь подошел к окну и стал смотреть наружу из-под стекла так, будто выглядывал из тюремной решетки. Взгляд его излучал какую-то детскую, наивную грусть.
–Герман, ну ты чего, в самом деле? Не бойся, больше никого из присутствующих мы опасности не отдадим. Ты ведь слышал, что планируется.
