Оставшись одна, Саккх вдруг с удивительной чёткостью осознала, как была близка к смерти. Слава Драконьей Крови, ему бы просто не хватило времени, да и связываться с могущественной колдуньей... Хотя, он, кажется, упоминал о напарниках, значит, ему не грозило оказаться без поддержки... Стоп.
Грохот и чья-то отборная ругань послышались ещё издалека. С бешено колотящимся сердцем Саккх рывком распахнула дверь на себя и была ослеплена кровавым заревом, полыхнувшим в лицо...
...Обряд уже подходил к концу, и Э-Тхор, не скрывая облегчения, мощными гребками, отфыркиваясь, подплывал к краю выдолбленного прямо в полу бассейна. Драконья кровь льнула к телу и не пускала на волю, но властитель, преодолевая сопротивление, приближался к желанной цели. Саландр был слишком занят, стоя у пьедестала с занявшей законное место реликвией и, естественно, не испытывал никакого желания помочь дракон выбраться из страстных объятий всё ещё живой влаги. Э-Тхору начало казаться, что, будь его воля, советник и спал бы с реликвией в одной постели (если, конечно, он до сих пор не проводил в жизнь такой практики), такими нежными чувствами тот пылал к фамильной ценности Драконата. Введённый в транс немой слуга, которого специально держали во дворце для проведения обрядов, подал дракон кусок выделанной шкуры.
"Оставь", - послышался ослабевший голос Э-Тхора: он бы и сам с удовольствием стёр с себя кровь, но необходимо было подождать, пока она достаточно впитается в кожу, иначе не исчезнет липкая чешуя и слизистая плёнка на ладонях, ступнях и за ушами. Ни за что на свете не пущу Саккх на обряд, покосился дракон на советника, как был Саландр не настаивал, я не хочу, чтобы она видела меня... таким...
-Разомни его мышцы, - бросил советник слуге, отрываясь, наконец, от реликвии с явным сожалением. - Что ты видел, Э-Тхор? - вместо того чтобы оставить дракон в покое, сурово осведомился Саландр.
-Ты же сам всё видел, - устало разлепил губы Э-Тхор, похожий сейчас на безвольную куклу в умелых руках слуги. Он только что с удовольствием повалился на кушетку и не имел ни малейшего желания говорить об обряде, по крайней мере, до завтрашнего утра. - Или тебя настолько увлекла реликвия, что ты всё пропустил?
-Видения были тебе, а не мне, - несколько ворчливо заметил Саландр, пользуясь расслабленным состоянием властителя. - У тебя картинка была чётче и, кроме того... я действительно мог что-то пропустить...
Э-Тхор тихо рассмеялся, из-под опущенных ресниц поглядывая на помрачневшего советника, и в тот же момент рывком подскочил на ноги, кажется, даже не заметив, что отшатнувшийся слуга с громким плюхом свалился в бассейн.
На довольно просторную площадку перед властителем прыгнуло человеческое существо:
-Ёлы-палы, мужик, не подскажешь, как найти выход из вашего экзотариума? Нам срочно необходимо попасть на женскую половину: там по телику порнуху показывают! - радостно оглядывая оскалившегося Э-Тхора, зачастило существо, обезьяной подскакивая перед лицом дракон, то ли оттесняя его к бассейну, то ли мешая обзору того, что происходит позади.
Отношение к правителю Драконата было, прямо скажем, не уважительное. Дракон привык видеть в живых существах почтение, страх, может быть, ненависть за этот страх, но уж никак не откровенное зубоскальство! Застигнутый врасплох, вожак стаи не мог элементарно оценить возникшую опасность; для этого её необходимо было пощупать, и Э-Тхор выбросил вперёд сильную руку с длинными когтями, возвращение нормального вида которым было столь бесцеремонно прервано.
-Эй, мужик, я всего-то направление спросил! - ловко уворачиваясь от смертельных объятий, верещал нахал. - Как экскурсантов сюда будешь водить?! Смотри, накроется твоя коммерция большим-пребольшим...
-Э-Тхор, придержи его! - храбро скомандовал отвлёкшемуся властителю советник. Начавшееся безобразие, можно сказать, даже было ему на руку, ибо позволяло с чистой совестью вернуться к реликвии, которую... конкретно в данный момент под шумок пытался умыкнуть некий задохлик настолько жалкого вида, что советник и не подумал пугнуть его заклинанием. Боялся, как бы не помер со страху... раньше времени... Однако и в чужие руки практически добровольно отдать с таким трудом добытую ценность Саландр не мог и с воинственным, как ему самому показалось, рыком ринулся к пьедесталу и вцепился в утягиваемую реликвию с другой стороны.
