-Ты явился, чтобы справится о моём здоровье? - тут же оскалилась известная склочница. - Только дай мне повод узнать твоё истинное имя, мы ещё посмотрим, у кого из нас и где конкретно вскочит опухоль... - скрестив руки, Исида прекрасной статуей самой себе выросла перед улыбающимся богом и посмотрела на него свысока, словно проникала в самую суть мудреца чёрными, как первозданный Хаос, глазами. Однако, что бы не говорили о Великой волшебнице в божественном семействе, она обладала поистине железной хваткой, непревзойдённой хитростью, которой так славятся настоящие женщины и в особенности матери, и умением останавливаться в выгодный для себя момент. Словом, невозможно было не признать, что Исида обладала своими многочисленными титулами не из-за страха и уважения перед ней как богиней, но по непререкаемым заслугам. Который, впрочем, с такой же лёгкостью можно было причислить и к её недостаткам.
-Кажется, ты как-то недавно обещала меня угостить отменным вином из виноградников, которые выращивают на священных Полях Иару? - мимолётное мгновение - и перед Великой Матерью восседал обыкновенный по меркам смертных родственник, прибывший погостить к гостеприимной хозяйке. Исида усмехнулась:
-Ну да, как раз недавно: около тысячи лет назад, как услужливо подсказывает мне память! Ты тогда ещё только-только познакомился с Маат и как мальчик шастал в царство мёртвых встречать её у ворот. Помнится, тогда ты всерьёз и надолго разругался с Акером. Помнишь, как ты говорил: "И не подумаю отойти от ворот! Какая мне разница, кто там идёт на суд к Осирису? Ему-то уже всё равно, он умер, а у меня вся жизнь впереди! Может, я решил женится?.." И ведь вправду, женился! Про меня и думать забыл, что уж там говорить о вине...
-Какое тебе вино, Великая Мать? Тебе же не положено! Только о тебе и заботился!
-Льстивый ты павиан, - укоризненно покачала головой Исида, - никак не отучу тебя врать мне, - она хлопнула в ладоши, и посреди уютной залы, в обилии украшенной тончайшими тканями местного, так сказать, производства, материализовался призрачный человек в одной набедренной повязке и завитом парике, в которых, видимо, и был похоронен. Он с поклоном поставил на круглую столешницу перед богами поднос и так же неслышно испарился. Великая волшебница с улыбкой хозяйственной жены и матери и с неторопливостью анаконды, которая уже заполучила добычу и теперь наслаждалась предобеденной игрой с ней же, разлила по золотым кубкам искрящийся чёрный напиток и выпрямилась в своём кресле. - Лучше расскажи, что тебя привело ко мне, мудрец?
-Ну, не такой я и мудрец, раз всё-таки явился и даже согласился выпить обещанного вина...
-Ты хочешь о чём-то попросить? - подалась вперёд Великая Мать, и глаза её алчно сверкнули. Джехути едва удержался от того чтобы отшатнуться и предпочёл взирать на Исиду искоса, чтобы окончательно не убедиться в безумности своего прихода. Богиня намеренно не придала значения его виду: - Я могу помочь тебе, и сделаю это не столько с удовольствием, сколько с интересом, ибо ты впервые обращаешься ко мне за помощью... Но ты должен знать, что я мать и мне надо ещё сына на ноги поднимать, так что бесплатно никому услуг не оказываю. Помнится, ты ведь и сам когда-то говорил, что бескорыстно только наши статуи принимают подношения от верующих, а могли бы они оторвать руки от туловища - и они бы требовали добавки...
-Да уж, дверью я действительно не ошибся, - пробурчал себе под нос Джехути и пригубил подземного напитка. Воистину, весьма неплохое вино делают в царстве мёртвых! Как бы не захотелось здесь остаться навеки!..
-Так что ты хочешь? Говори, я сгораю от нетерпения!
-Погоди, не догорай, ты мне ещё пригодишься, - вяло отшутился мудрец. Пристальный взгляд и упорное нежелание замечать явные насмешки в Исиде его не только раздражало, но и в большей мере настораживало. - В общем, Исида, дорогая, мне нужна одна душа...
-Скучно без молчаливого покорного слуги, Джехути? Я удивляюсь, как ты раньше не прибежал...
-Можешь оставить себе своих рабов - я предпочитаю общение с материальными существами. И я не просил тебя высказывать своё мнение, ещё не хватало мне с твоими мыслями спорить! - грозно рыкнул Джехути.
-Извини, - покорно склонила голову Великая Лгунья - она даже такими словами готова была бросаться ради собственной выгоды! - Я не имела права тебя судить: смертные, они такие увлекательные, что просто невозможно устоять против их чар. Они как мотыльки: красивы, но недолговечны и оттого притягательны!
-Если ты всё высказала, то можешь не переживать, к Осирису закладывать твои земные похождения я не побегу, - хмуро проворчал мудрец. - Я вообще не за этим сюда пришёл, как, наверное, снова услужливо подсказывает тебе память... Так вот, - он заметил наконец-то злые искорки в глазах Исиды и несколько расслабился, - мне нужно вернуть жизнь одному человеку. Воину. Громиле, который входил в шайку разбойников пустыни. Он погиб недавно.
