— Доесть-то можно? — ухмыльнулся Марченко и откусил смачный кусок бургера.
***
Карьера подающего большие надежды аналитика Арсения Сапрыкина вынужденно встала на паузу около года назад — мать молодого человека сломил тяжёлый недуг, он решил отказаться от постоянной сиделки и ухаживать за ней самостоятельно. На службе к решению Арсения отнеслись уважительно, перевели на удалённый формат работы, предоставив всю необходимую технику, программное обеспечение и доступы.
Звонок Матвея застал Сапрыкина за рабочим столом с четырьмя широкими мониторами в маленькой комнатке его двухкомнатной квартиры на севере Москвы. Пока оперативник излагал суть аналитического расчёта, Арсений молчал, чтобы в случае проверки отдела внутренних расследований отказаться, однако к концу длинного монолога Матвея страх быть раскрытым улетучился, и аналитик согласился просчитать все возможные вероятности. Аванс пришёл на карту Сапрыкина спустя две минуты после разговора.
Работа аналитика казалась Сапрыкину скучноватой, но по чьей-то злой шутке он в ней преуспевал. В школе молодого человека тянуло к точным наукам, спрогнозировать вероятность того или иного события на основе имеющихся данных не составляло для него труда. Заварив кофе покрепче и открыв пачку крекеров, он погрузился в мир вычислений и просчётов вариантов. Утром следующего дня Арсений предоставил Матвею девять различных вариантов развития событий, из которых негативным он обозначил один.
За флешкой с расчётами Матвей приехал лично. Отличная возможность наладить полезный контакт. Арсения оперативник сразу узнал — они встретились тогда у массивной двери в кабинет Кашалотова перед отправлением Матвея в К7-217. Арсений вышел из подъезда в домашних штанах, белой футболке на два размера больше и резиновых шлёпанцах. Вымотанный, но явно довольный скоростью проделанной работы.
— Должен признаться, когда вы мне позвонили, я удивился, — сказал он вместо приветствия.
— Почему?
— Мой второй номер есть далеко не у каждого.
— Спасибо, что согласились помочь, — Матвей передал Арсению конверт с оставшейся суммой.
— С удовольствием. От однотипных анализов мылится глаз.
— Арсений, вы простите, но я вынужден снова напомнить вам о конфиденциальности моей просьбы.
— Не волнуйтесь, в нашей организации много желающих совместить приятное с полезным. Молчание — гарант хорошей репутации.
Повисла неловкая пауза. Матвей чувствовал, что должен что-то сказать, но по факту сказать было нечего, а разворачиваться и уходить выглядело бы некрасиво.
— Поедете отдохнуть? — зачем-то спросил Сапрыкин.
— Не совсем. Не могу оставить жену.
— Девушка из другого мира. Ей наверняка непросто социализироваться.
— Она неплохо справляется, но отчасти и поэтому.
— Я вас прекрасно понимаю. Беспокойство — неотъемлемая часть любви, поэтому работаю удалённо, — Арсений опустил голову. — Здорово, что у вас есть возможность взять её с собой.
— То, что делаете вы, Арсений, вызывает огромное уважение. А карьера от вас никуда не денется. Вы ещё наверстаете своё.
— Хочется верить, спасибо. Но, кажется, лучший шанс в моей карьере уже упущен. Я должен был работать с Эдермессером, представляете? Главный специалист по десятой классификации лично выбрал меня в ассистенты, — Арсений на несколько секунд замолчал. — Не сложилось.
— Не отчаивайтесь, — искренне посочувствовал Матвей. — Может, оно к лучшему.
— Может, — повторил Арсений, — может. Спасибо, Матвей. Успехов.
— Вам спасибо, — оперативник пожал руку Сапрыкину и направился к ожидающему его такси.
***
Егор внимательно изучил файлы Сапрыкина в тот же вечер. Небольшое сомнение, несмотря на восемь позитивных вариантов развития событий из девяти, залезло в голову опытного оперативника. Он ходил по комнате, служившей ему спальней, гостиной, столовой и рабочим кабинетом, курил одну за другой самокрутки, прокручивал в голове, что будет говорить, если Матвея раскроют. Фёдоров-младший позвонил ближе к полуночи.
— Привет.
— Привет, Егор, прости, что отвлекаю. Завтра переход. Ну что, удалось посмотреть?
— Да.
Казалось, даже воздух затаил дыхание.
— Что скажешь?
— Скажу, что мне эта идея не нравится, Матвей.
— Блин, мужик, один негативный вариант. Один.
— Знаю. Потому дам контакты.
Матвей почувствовал, как камень волнения в груди расщепился в пыль.
— Но учти: если тебя раскроют — я не в курсе. И буду отнекиваться до последнего.
— Егор, если что-то пойдёт не так, я не сдам ни тебя, ни твоих людей. Скажу, что договорился с командой того же Люция из альтернативной реальности.
— Ты и это продумал? Благородно.
— Сымпровизировал.
— Хорошо. Завтра на работе всё расскажу.
— Спасибо.
— Не за что, дорогой. Эльке привет передавай.
— Передам.
Матвей окончил вызов и зашёл в подъезд своего дома, поднялся на последний этаж, расправил букет ромашек и нажал кнопку дверного звонка. Эля встретила его в лёгком полупрозрачном шёлковом халате без нижнего белья. Она восторженно улыбнулась цветам, обняла Матвея за шею и, не отрывая своих губ от его, потащила мужа в спальню.
***