В Москве 2018-го проживают около двадцати миллионов жителей. Сорок процентов составляют люди, двадцать пять процентов — эльфы, схожие внешне с людьми, высокие и худощавые, с отличительной чертой в виде заострённых ушей, пятнадцать — дворфы, коренастые, крепкие, не более полутора метров ростом существа, также похожие на людей. Оставшиеся двадцать процентов занимают немногочисленные представители других рас — от сатиров до великанов. Подобное смешение является стандартным во многих мегаполисах объекта. Москва К18-27 — перенаселённый город, где представители разных рас ходят на работу, в университеты, школы, сады, открывают бизнесы, занимаются волонтёрством, стараясь при этом не терять идентичности, чтить традиции и не допускать расизма, что, к сожалению, удаётся не всегда. С начала девяностых стабильно рос процент межрасовых браков, что вызывает противоположные реакции общества. Классовое неравенство в Москве объекта К18-27 имеет чёткие очертания. Люди в этой иерархической цепочке оказались далеко не на первом месте, что злит их. Однако острые углы удаётся сглаживать во многом благодаря тому, что Московская городская дума — первый управленческий орган, в который входят представители разных рас. Хотя президентом страны, конечно же, остаётся человек.
Матвей, зачитывая про себя особенности этого странного, непонятного и далёкого объекта, захотел скорее туда отправиться. В детстве он много читал, его любимые авторы писали о приключениях разных существ, не похожих на людей, но по-своему прекрасных. Может, эти авторы черпали вдохновение, увидев каким-то образом объекты восемнадцатой классификации?
Марченко подошёл к столу Матвея и постучал по задней стенке монитора.
— Отвлекись, что ли, — недовольно пробубнил он.
— Да, привет! Я тут изучаю… В общем, задание прилетело.
— Слыхал. Как и все. Нянькой поедешь в восемнадцатую?
— Нянькой. Точно, — грустным голосом согласился Матвей. — Как раз об этом хочу с тобой поговорить. С меня обед.
По Профсоюзной они дошли до торгового центра близ станции метро «Новые Черёмушки». Фудкорт на последнем этаже пестрел разнообразием брендов быстрого питания. Затерявшись среди офисных работников со всех бизнес-центров в округе, за маленьким круглым столом оперативники наслаждались бургерами и картофелем фри.
— Ты о чём поговорить-то хотел?
— Вчера у Эльки случился нервный срыв, — Матвей виновато выдохнул. — Я случайно отправил ей фотку Старшего. Сам дурак, конечно.
— Откуда у тебя фотка Старшего? — спросил Егор, отвлекаясь от картошки.
— Скинул с телефона одного из бандюганов Люция. Хотел оставить что-то на память о первом задании.
— А ты, типа, не оставил? — Рот Марченко растянулся в саркастичной улыбке.
— Это ещё до было, я ж не знал, что оно вот так всё обернётся. В общем, она увидела фото — и всё. Накрыло так, что скорую вызывали. Сейчас она в порядке, но я всё равно переживаю. Не могу оставить её одну.
— Ещё бы. А батя твой чего?
— А чего он? Сам мотается хер знает куда. Да и не могут они с Лизой всё время по первому зову приезжать, а к ним Элька не хочет.
— Соскочи с задания. О другом договорись.
— Я бы соскочил, Кашалот лично попросил. Неудобно. Другое можно взять, но там К6-01 — большая радость задницу морозить. Да и вроде на поиски Берзина кого-то уже отправили.
Матвей наклонился над столом.
— Я думаю, её с собой взять.
— Куда? На задание? Тебя Кашалот пошлёт на три весёлых буквы раньше, чем ты успеешь объяснить, что к чему.
— Потому и думаю, может, как-то Элю ко мне переправить? Без палева.
— Матвей, — Марченко устало выдохнул, — мне кажется, ты забыл, где мы работаем. В обход это сделать практически невозможно, а если об этом узнают, то выговором или штрафом можешь не отделаться. Непростая ситуация, понимаю, но ты ставишь на кон карьеру оперативника. В архиве хочешь до пенсии торчать, если всё пойдёт по одному месту?
— Нет, конечно, но и оставить её не могу. Один раз оставил — сам видел. Я ей нужен, Егор.
Матвей смотрел на уплетающего бургер Марченко, потирал указательный палец правой руки.
— Может, ты знаешь кого-то… кто мог бы помочь? Ходят слухи, что ты периодически мотаешься в другой объект… в обход.
Егор положил бургер на тарелку, вытер салфеткой руки, сделал глоток колы из поллитрового бумажного стакана.
— Кто тебе сказал такую глупость?
— Слухи, — Матвей пожал плечами и закинул в рот картофельную палочку.
— Слухи, — Марченко пристально посмотрел на младшего товарища, затем улыбнулся. — Ну, хорошо. Я знаю человека. Только имя я тебе назову при одном условии: ты проанализируешь все вероятности последствий пребывания твоей жены в объекте.
— Я ж не аналитик. У меня месяцы уйдут, чтобы просчитать все возможные варианты.
— Аналитика дам. Хобби у него такое. Ты его знаешь.
— Кто?
— Сеня Сапрыкин. На удалёнке сидит, за матерью ухаживает. Контакт с ним никто не отследит, а он за хорошую плату прикинет, что к чему. Скажет: безопасно — не вопрос, я договорюсь с кем нужно. Если будет хотя бы три негативных сценария — прости. Риск на себя не возьму.
— Спасибо, Егор. Дашь его номер?