Он вышел и затворил за собой дверь. Она встала с постели и потянулась. Сон понемногу покидал тело, но на смену ему из самого нутра поднималось нервное, трусоватое предчувствие недоброго. Воскресенья были для Мэгги одним сплошным колдовским часом. Открытым порталом в ад; беспросветным кошмаром, во время которого отзвуки перенесенного горя наслаивались на ее вполне заурядную тревожность. Воскресенья в Сент-Луисе давались Мэгги особенно тяжело. Город затихал, а ничто так не манило ее монстров, как тишина. Она вздрогнула при мысли о предстоящем пустом дне и решила провести его с Артуром.
По дороге в ванную она встретила в коридоре Итана:
— Нам надо обсудить фотографии.
— Какие фотографии?
— В столовой. На стене.
— А, эти… Из поездки в Замбию?
— В Зимбабве. Мама тебе не рассказывала?
Итан пожал плечами.
— О боже! Там такая история… Потом расскажу.
— Мне они показались милыми.
— Милыми?! А может, все-таки самовлюбленными? Эгоистичными? Мегаломаниакальными? Скажи хотя бы, что они странные и жуткие. Папа на них — эдакий белый спаситель.
— Зато у него довольный вид.
— В самом деле.
— Никогда не видел его таким счастливым.
Мэгги кивнула:
— И я.
— Ну, поэтому они мне и нравятся.
— Слушай, может, я сумасшедшая? Чувствую себя сумасшедшей. Он тебе мозги промыл, что ли? На балете?
— Он просто человек, — ответил Итан. — И мне кажется, в этот раз он действительно старается. Ты сама говорила, что все иначе. Разве мы не затем приехали?
— Ну да, ну да, — согласилась Мэгги. — В этот раз все иначе.
Она была настроена скептически. А куда деваться? Стоит потерять бдительность, сразу станешь уязвим — и, чего доброго, клюнешь на очередной коварный план отца. А тот явно что-то задумал. Что-то недоброе. Поэтому два часа спустя Мэгги крайне осторожно села в мамину старую машину.
— Позавтракала? — спросил ее Артур.
— Ага.
— Как следует подкрепилась? Домой мы еще не скоро вернемся.
— Откуда?
— Увидишь.
Она держалась целую минуту, пока отец выруливал на дорогу. С каждой секундой нервы сдавали все сильнее.
— Пап? Можно спросить тебя про… э-э… новый декор? В столовой?
— Конечно. Рад, что ты обратила внимание, — ответил он.
— Правда?
— Ну да. Я всегда хотел рассказать тебе про поездку в Африку.
Мэгги заморгала:
— Правда?
— Мне кажется, тебе это может быть интересно.
Она ощутила пульсацию в шее, в запястьях.
— Расскажи.
Артур почесал голову.
