Я пробежал по нему глазами, на третье строчке, красивым каллиграфическим почерком Антона было выведено слово: «вырезка говяжья». Взявшись за голову, я взвыл.
***
Антона я искал на протяжении трех недель, так же как Андрея, коря себя, матеря и проклиная. Станислава уволил незамедлительно, без отпускных и выходного пособия. Я жалел о том, что ступил и не остановил Антона сразу, еще тогда, но когда опомнился и бросился за ним… его и след простыл. Меня вывело из равновесия его неожиданное признание. Я до конца не мог поверить, что моя мечта сбылась. Все хорошо проанализировав, я пришел к выводу, что я слепой крот, который был зациклен только на своих чувствах, не видя, что вожделенный объект и сам отвечает на них, и не нужно было прикладывать никаких усилий, чтобы его завоевать. Его заботы мне не хватало. Я и не мог представить свою жизнь без него. Я так привык к его чрезмерной опеке, что воспринимал это как что-то обыденное.
В квартире скопился мусор и грязная посуда, нестираные вещи, горой перевалили из корзины. Фастфуд заменил нормальную вкусную и здоровую пищу, приготовленную его руками. Он очень быстро выдворил меня из кухни, заняв мое место за плитой. Готовил он, конечно, Божественно. Я обленился, живя с ним. Цветы засыхали. А как я раньше жил без него? А, вспомнил: у меня была домработница! Но больше всего я страдал от своих чувств, от любви к нему. Я не мог привыкнуть, что он больше не рядом. Он стал моим наркотиком, который больше не дарил мне улыбки, не дотрагивался, поддерживая как бы легко и непринужденно. Теперь-то я понял скрытый подтекст его поведения. И от этого осознания становилось только хуже, да так, что от самого себя блевать хотелось.
Поваров я нашел быстро, но после ухода Антона и Вениаминовича, ресторан утратил свою изюминку. Работа была, но вялая и без энтузиазма. Больше никто не приносил мне кофе и вкусных мягких булочек, приготовленных заботливыми руками. На кухне не было задорных шуток, которые подбадривали и настраивали персонал на работу. Не было больше той домашней обстановки, все было до жути серо и уныло. Официанты и рядовые повара косяками перли ко мне с уговорами вернуть Антона и Андрея, но я только разводил руками. В конец, когда меня достало это паломничество к моему кабинету, я уже срывался на каждом поперечном.
Поиски я не прекращал, но они не приносили успеха. У Мирона в лицее ни я, ни мои ребята не могли его поймать, то ли он специально прятался, то ли как-то так все складывалось не в мою пользу, но брата он забирал регулярно. Директриса лицея не могла дать какой-либо точной информации, кроме той, что мне была известна: уволился с прежнего места работы; устроился на новую; где-то снимает квартиру; адрес строго конфиденциален! И никакие посулы и угрозы не могли выбить его из строгой бой-бабы. Которая так и сказала: «Да будь Вы пуп всея Руси, мне пох…!»
Вениаминович тоже как сквозь землю провалился: на старой съемной квартире его не было, а соседи не могли ничего сказать о его местонахождении.
Но, как говорится: «Кто ищет, тот всегда найдет» и «Хорошо спрятанное, всегда лежит на поверхности».
В этот день я уже почти сдался, решил напиться и в кое-то веки нормально пожрать, а так же пожаловаться Петровичу на свой долбоебизм. Ресторан «Гламур» встретил меня ехидной улыбкой хозяина.
========== Часть 3 ==========
***
- Владимир, как ты смотришь на то, чтобы объединить ресторанный бизнес? – произнес Василий, откусывая кусок от аппетитно сочащегося куска мяса.
- Чего?! – не понял я. – Ты же всегда был против этого, братишка.
Василий был моим старшим сводным братом по маме от первого её брака, который всегда стремился к самостоятельности и меня к ней приучал. Это он сделал меня человеком. Благодаря его нравоучениям и наставлениям я смог многого добиться. Хотя разница в возрасте у нас была небольшая, всего в два года, но я в своих делах успел его перещеголять. Я ему уже сто раз предлагал объединить ресторанный бизнес, но он упорно отказывался, говоря: «Твои достижения – не мои заслуги!» Но я понимал, что без его опеки у меня бы ничего не получилось. Василия же все устраивало, и он утверждал, что расти ему больше не нужно, так как и так всего хватает. Что же сейчас изменилось?
- Кхм…- прочистил он горло. – Я понял одно, что ты без меня еще не можешь.
- Это с чего ты взял? – внутреннее эго взвыло от такого заявления.
- Слушай… ну не я же профукал двух охрененных поваров? – не прекращая жевать, сказал он.
- Откуда ты знаешь?! – сейчас меня ждет очередной нагоняй, и его совершенно не волнует, что это мой бизнес, и я вправе им распоряжаться так, как мне вздумается.
- Откуда-откуда? – передразнил он, корча рожу. – Та курица, которую ты сейчас жрешь, не переставая нахваливать, приготовлена заботливыми руками моего нового шеф-повара – Антона, а вон тот милый десерт - моим новым су-шефом - Андреем.
От такой информации кусок встал поперек горла, и все внутри меня перевернулось, а сердце ухнуло в пятки. Петрович заботливо подал бокал с вином и продолжил:
