Он лег на траву и стал смотреть в небо. Там так же на огромной высоте кружил беркут. Возле уха жужжал шмель, что-то шуршало в траве. Голова была пустая. Мыслей не было никаких.
Потом, мысленно, он стал загибать пальцы на правой руке: «В октябре прошлого года ушел Андрей, спустя пару недель – Игорь, позавчера – Куаныш, час назад – Алтынай».
Какой-то злой рок висел над их компанией!
«Что же осталось? – Саша стал загибать пальцы на левой руке. – Мама – раз, Олег – два. И?.. Всё!»
Его замутило.
«Да!.. Еще степь!»
О степи он думал, как о живом существе. Как-то, сидя в автобусе, возвращаясь из города домой, Саша думал, глядя на пейзаж за окном. Там была плоская равнина рыжего цвета, с островками зелени. Не за что глазом зацепиться!
Саша видел уже, будучи в армии, горы, покрытые блестящим снегом, море с его вечным шумом набегающих на берег волн, леса с тенистой прохладой. Всё это сильно впечатляло! Всё было огромным, вечным, завораживающим и… не получало никакого отклика в его душе!
«Ну что в ней такого? – недоумевал он, глядя на степь. – Пустота! Плоская земля внизу, купол неба сверху и ветер. Всё! Может, загадка кроется именно в этом открытом пространстве? – лениво думал он. – Недаром оно дает душе ощущение простора. А может, какая-нибудь особая энергия беспрепятственно пронизывает это пространство своими волнами, вызывая в душе беспричинный восторг? И когда эти волны проходят через человека, они зажигают в его душе какую-то лампочку, как в фонарике».
Он не мог всего этого понять. Как бы то ни было, но Саша разговаривал со степью, как с живым существом.
«Посмотреть со стороны, – думал Саша, – так это какой-то дурдом! Сидит человек и что-то бормочет, глядя в степь».
Он опять лег в своем новеньком костюме на траву и стал смотреть ввысь. Постепенно какое-то новое чувство стало им овладевать. Какая-то смесь тоски, пустоты, ненужности своего существования. Раньше такого чувства Саша не испытывал.
Он еще не знал, что это новое чувство называется одиночеством!
Ему вдруг непреодолимо захотелось вернуться в прошлое. Туда, где они с Алтынай лежали на этом самом месте после школьного бала. Туда, где не было ее родителей, где не было его сватовства, Серика с его калымом, ночной драки, разговора с Куанышем. Туда, где у него, лежащего рядом с Алтынай, в душе было ощущение беспредельного счастья.
На него навалилось чувство огромной усталости. Саша сам не заметил, как уснул.
Сначала он почувствовал, как задрожала земля. Он испугано вскочил и увидел, как с юга в степи появилась черная полоса. Она стремительно увеличивалась в размере, и Саша понял, что это конница. Сзади нее висело плотное облако пыли. Оно стало быстро закрывать солнце. Раздался дикий вой, переходящий в боевой клич.
«Это же боевая конница среднего жуза!» – похолодел Саша.
Конница увеличила скорость с флангов и, образовав полукруг, понеслась на него. Он уже отчетливо видел лица воинов. Многие были одеты в кожаные чапаны с металлической защитой. У некоторых на головах были металлические шлемы с конскими хвостами. У других – малахаи, подбитые лисьим мехом. У всех за спинами торчали луки, по бокам висели колчаны со стрелами и кривые сабли.
– Алга!..[1] – пронесся по степи дикий вопль.
До Саши осталось метров пятьдесят. Он уже видел оскаленные в бешенстве лица воинов, пену, летящую с губ лошадей. Впереди этой лавы клубком катился ужас!
Над головами всадников вдруг возникла темная туча и стремительно понеслась в сторону Саши.
«Стрелы!» – словно молнией пронзило его.
Он резко повернул голову влево, потом вправо. Спрятаться было совершенно некуда. Вокруг была ровная, без единого бугорочка земля.
– Саша-а-а! – вдруг услышал он истошный женский крик.
Он ошеломленно обернулся и увидел, что к нему бежит Алтынай. Она летела, раскинув руки, как раненая птица. Почему-то она была одета в школьное платье.
– Стой! – в ужасе закричал Саша. – Назад! Алтынай, беги!!!
С глухим стуком стрелы стали пробивать его тело. Боли он почему-то не чувствовал! Одна стрела впилась ему в горло.
– Алтынай, беги! – уже прохрипел он, пытаясь выдернуть стрелу из горла.
Саша попытался сделать несколько шагов в сторону Алтынай, но ноги у него не двигались.
В этот момент слева и справа от него пронеслись всадники с оскаленными зубами. Его обдало лошадиным потом, пылью и злобой. Над головой сверкнула сабля.
В последний миг Саша увидел, как лава обошла его с двух сторон и понеслась в сторону Алтынай. От лавы отделился крупный воин, одетый в боевой кафтан и шлем с конским хвостом. Он догнал бегущую Алтынай, наклонился над ней, легко, как перышко, подхватил и кинул поперек седла.
Раздался оглушительный свист, и конница стремительно умчалась вдаль. Почти мгновенно осела пыль, земля перестала дрожать, снова запели жаворонки.
Саша проснулся потный от страха. Сердце тяжелым молотом билось в горле. Он вскочил. Перед ним лежала пустая степь, солнце уже зацепилось за горизонт.
Алтынай в степи не было. Она исчезла!
