Парни бросились к фургону, из магазина повалили шизы, торопясь догнать их, и Ньют выпустил целую обойму, отстреливая особо ретивых. Но и это оказалось ещё не всё. Едва Минхо и Томас залезли в машину, как из-за угла ближайшего дома вынырнула целая толпа шизов, бросившихся к их машине.
Галли ударил по газам, и они на полной скорости поколесили прочь, оставляя за собой толпу разъярённых монстров, в которых всё человеческое изъела Вспышка.
— Проедемся по заброшенным городам, да? — фыркнул Томас, пытаясь отдышаться. — Отличная идея, Галли!
— Иди в жопу! — огрызнулся тот, вцепившись в баранку руля.
— Заткнитесь вы оба, сейчас не время сраться! — рявкнул Ньют, и Галли, как это ни странно, больше не сделал ни единой попытки пререкаться.
Томас перевёл взгляд на Минхо, который валялся на полу, приводя дыхание в норму и пялился в потолок.
— Минхо? — позвал он. — Всё хорошо?
Бывший бегун безмолвно кивнул и, неохотно подтянувшись на руках, привалился к стенке фургона. Подтянув к груди правое колено и положив на него руку, Минхо уставился куда-то в одну точку. На Томаса он не смотрел.
— Пополнили, блин, припасы, — сказал Ньют с досадой. — Ну хоть бензином разжились.
Томас ничего не сказал.
========== Глава 3 ==========
Уже в сумерках Галли остановил машину возле какого-то реденького подлеска. Парни устало выбрались из фургона, потягиваясь и разминая затёкшие ноги-руки. Минхо казался ещё более молчаливым и замкнутым, чем раньше. Никому не говоря ни слова, он ушёл собирать хворост для будущего костра.
Томас и Ньют переглянулись и стали вытаскивать из фургона спальные мешки и продукты для ужина, пока Галли расчищал полянку для ночлега. Сегодняшняя вылазка в бывший посёлок всем испортила настроение. Продукты забрать не удалось, зря только заезжали, если не считать бензина. Но больше всего угнетала мысль, которая пришла в голову всем четверым, что так, скорее всего, теперь будет в любом заброшенном населённом пункте. Думать, что они больше нигде не повстречают нормальных адекватных людей, не хотелось.
Минхо вернулся и так же молча развёл костёр, пока Ньют доставал из сумки их скудный «сухпаёк» для ужина. Всё в том же молчании они съели свои порции и принялись укладываться спать. Галли и Ньют, завернувшись в спальные мешки, сразу же уснули. Минхо сказал за весь вечер лишь одну фразу, сообщив, что подежурит сам, а завтра отоспится днём в пути.
Томас лежал в своём спальном мешке и не смыкал глаз. Мысль о том, что всего в нескольких шагах от него сидит Минхо, безучастно глядя в костёр, не давала ему уснуть. Он всё никак не мог выбросить из головы то, что произошло между ними в подсобке заброшенного магазина. Ему же не могло это привидеться, правда? И что тогда это значит? Какого чёрта происходит у Минхо в башке? Что вообще это было?
Спустя час бесплодных попыток уснуть, он тихо повернулся так, чтобы видеть объект своих размышлений. Минхо за всё это время как будто ни разу не пошевелился. Как сидел в той же самой позе — на бревне, слегка расставив колени и опершись о них локтями, — так и продолжал сидеть. И этот его остановившийся взгляд…
Томас выскользнул из своего мешка, подошёл к Минхо и присел рядом на корточки.
— Может, скажешь, что с тобой такое, приятель? — шёпотом поинтересовался он.
Минхо медленно повернул к нему голову. Языки костра бросали на его лицо причудливые тени, и на мгновение Томасу показалось, что оно изъедено такими же язвами, как и лицо той страшной женщины-шиза. Он глубоко вдохнул, отгоняя от себя это видение. Минхо не может быть заражён, он же иммунный.
— Минхо? Что это, чёрт подери, было там?
— На нас напали шизы, если ты ещё не понял.
— Ты знаешь, что я имею в виду!
Минхо глубоко вздохнул и опустил голову между колен, проводя ладонью по затылку против роста волос.
— Что ты хочешь от меня услышать, блять? — спросил он глухо.
— Хочу получить подтверждение тому, что я правильно тебя понял, — едва слышно проговорил Томас.
— Ты его не услышишь. Это была… минутная слабость. Ложись спать.
— Минутная слабость?! — забывшись, Томас повысил голос. Галли заворочался, и он невольно подался к Минхо ещё ближе, чтобы его шёпот мог слышать только он. — Ты издеваешься, Минхо? Если это минутная слабость, то я тогда кто? Дженсен, мать твою?
Минхо поднял голову, бросив на него взгляд, полный мрачной иронии.
— Сомневаюсь, иначе бы у меня не встал на тебя, — сказал он, усмехаясь.
Томас высоко вздёрнул брови. Он не мог припомнить, что чувствовал что-то, что не оставило бы его равнодушным, помимо очевидного, но такая прямая и грубоватая правда, выложенная в саркастической манере, вполне в духе Минхо, слегка выбила его из колеи.
— И..? — произнёс он беззвучно.
— Что «и»?
— Это всё? Просто встал и всё?
Минхо тихо засмеялся и подпёр щёку кулаком.
— Что ты хочешь услышать от меня, Томми? — повторил он свой вопрос.
Томас вздрогнул, услышав это ласковое «Томми». И оно сказало ему куда больше, чем всё, что наговорил ему Минхо до этого, вместе взятое.
Он оглянулся на спящих Ньюта и Галли и вплотную придвинулся к Минхо, так что его колени касались бёдер Томаса.
