– Извини, можно я сразу на ты? – И, не дождавшись ответа, продолжил: – Тут такое дело. Я открываю сеть французских магазинов. Там и одежда, и сумки-ботинки всякие, и товары для дома, а потом, может, еще и продукты. Ну, в общем, слаб я до Франции, хочу всю Москву заполонить французскими товарами, и нужен хороший человек хотя бы в один магазин для начала, а потом, если дело пойдет, он будет управлять всей сетью. Ты мне подходишь.
Таня даже приподнялась.
– Вы уверены?
– На сто процентов! Ты знаешь французский…
– Плохо еще…
– Но ты учишь… Кстати, а почему французский?
– Ну-у-у, просто нравится.
– Значит, любишь, что очень важно. Это раз. Два – ты продавец. Три – ты очень привлекательная и не похожа на распальцованных, надменных вешалок, которые приходят на собеседования. Они молодцы, конечно, очень хорошо выглядят. Но такие одинаковые, блин, все. И денег слишком хотят. За что, правда, непонятно. А я первое время не могу столько платить. Развиться надо. Эй, ты не заснула?
– Нет.
– Давай завтра приходи в офис на собеседование. Ты мне очень, вот просто очень понравилась. Мне кажется, ты хороший человек. Чего молчишь-то?
– Перевариваю.
– А! Ну подумай. Я на полном серьезе. Смотри, язык, как родной, от тебя требовать никто не будет. Просто нужен хороший бытовой. Как у тебя с этим?
– Вроде ничего. Приехали почти.
У Таниного дома женщина в навигаторе велела остановиться.
– Набери мне. – Андрей продиктовал свой номер. Таня набрала. – Завтра в три на Китай-городе, сможешь? Чисто формально. Адрес эсэмэской пришлю.
– Смогу. – Большего количества слов Таня найти не смогла. Она смотрела в след отъезжающему «Пежо» и не могла поверить в то, что случилось. Просто сказка какая-то. «Наверное, сегодня, уйдя из квартиры этого Лешки, я впервые сделала так, как хотела сама, а не как хотят другие, отказалась от знакомства, которое только бы разрушило меня, не принеся никакой радости. А раньше я ведь сама за такие цеплялась. И вот не побоялась. Может быть, это награда? – Она все стояла у подъезда. – Хотя неизвестно, что будет завтра. А вдруг Андрей не напишет, и все останется так, как было. Нет, так как было, точно не будет!» – сказала себе Таня и пошла спать. А утром пришла эсэмэска с адресом от Андрея, и ей впервые пришлось отпроситься с работы, сославшись на головную боль…
После собеседования она даже не успела дойти до метро, как позвонил новый работодатель и сообщил, что Таня ужасно всем понравилась.
– Через две недели, столько же нужно, чтобы уволиться, мы тебя ждем. Прощайся с торговым центром и налегай на французский.
Таня положила трубку и едва сдержалась, чтобы не закружиться по улице от радости.
– Да! Да! Да! Спасибо! Спасибо! Спасибо! – неимоверно счастливая твердила она всю дорогу и беспрерывно слушала уроки французского. Небольшие сомнения, а вдруг за это время Андрей передумает, Таня безжалостно давила в себе, как тараканов. И даже не стала отвечать на Аленин звонок, пропущенный во время собеседования. Обманутый муж не звонил, значит, подругу она, как и обещала, не подвела. До остального ей не было дела. Она сразу же поехала на работу писать заявление об уходе. На следующий день Андрей позвонил справиться, уволилась ли она. А после этого Таня обнаружила в почте послание от Макса. Он писал, что жутко по ней соскучился и отправил ей приглашение, которое она буквально на днях должна получить.
– Таня, ну ты что? Ну плакать-то зачем? Ты что, не знаешь, что все свекрови одинаковые? У вас в России другие разве?
Таня шмыгнула носом:
– У меня их не было, но вообще девчата жаловались, конечно.
– Я тебе по секрету скажу, мадам Аннет даже на парижской фотомодели ему жениться не позволила. А знаешь, как он ее любил?! Это же целая трагедия была. Ты понимаешь, что я говорю?
– Понимаю. Ну вот и ты туда же. Я ведь хорошо говорю, занимаюсь постоянно. Но я не могу за год с лишним начать идеально говорить?!
– Ну ладно, не обижайся. У меня барьер, что ты иностранка. А поскольку ты моя подруга, мне важно, чтобы ты поняла все без превратностей.
– Превратностей? Это что?
Мари захохотала:
– Я как раз про это! В смысле, чтобы ты понимала точный смысл того, что я говорю. Чтобы потом не накручивала себя.
– Да я очень стараюсь. Постоянно в салон хожу. А ты откуда знаешь?
Мари снова засмеялась и обняла Таню.
– Что я знаю? Не грусти, все наладится.
– Я так стараюсь, а Аннет всегда всем недовольна. Вчера за ужином при всех заявила, что у меня безвкусная прическа, а у Макса не так поглажена рубашка, и вывела из этого целую теорию: сначала сорочка была пересушена в стиральной машинке, а потом гладилась не на том значке пара.
– Таня, ну какая это все ерунда! Ты бы знала, что мне приходится выслушивать на работе! Просто в этом вся мадам. Даже Макс называет ее щелочью. Хорошо уже то, что она тебя в своем доме оставила, а не отправила в гостиницу жить! Все, вытирай слезы, я побежала. Позвоню.
Мари вышла, но через секунду ее голова вновь появилась в проеме двери: