— Ничего такого, что ты не сумела бы исполнить.
— Еще кого-нибудь спасти собственной кровью? — не удержалась принцесса.
Тем более что оракул так и не объяснил в прошлый раз, в каком качестве понадобится ее королевская кровь для спасения феникса. Да и то, как именно Лин должна спасти амаира.
— Ты слишком буквально воспринимаешь это слово, — тонко улыбнулся оракул. — Но обещание никак с этим не связано.
— Все же, что именно я должна пообещать?
Оракул словно специально тянул время, продолжая со странной улыбкой рассматривать принцессу.
— Только то, что в следующем поколении у Первого дома будет не менее трех амаиров, — наконец, произнес он.
Шарлинта недоуменно смотрела в лицо древнего, пытаясь понять, где кроится подвох. Она ожидала чего угодно, но не этого.
— Даю слово, что у меня будет не менее трех сыновей, если только это будет зависеть от меня.
— И магическую клятву готова дать?
— А просто мое слово ничего не стоит?
Магической клятвы Лин не боялась, но почему-то стало неприятно, что просто так на слово ей не верят.
— Пусть так, — неожиданно согласился оракул. — Ты дала слово, я услышал. Теперь, что собственно ты хочешь знать о фениксе?
— Почему он? Почему спасти нужно именно его? Нет, почему этого хотят Икрей и Равенель, я понимаю. Они же семья.
— Вы, — неожиданно вмешался в бурную речь принцессы оракул.
— Что?
— Вы — семья, — пояснил он. — А что касается всего остального… Мне очень много лет, амаира. Я жил до катастрофы. Читал утраченные летописи. В тех древних свитках была одна легенда. Про то, как исчезли из мира фениксы ты, наверняка, знаешь. Но в сказках отсутствует одна деталь. Вместе с исчезновением фениксов наши женщины утратили крылья. Словно жаркие сердцем унесли их с собой. И появилась легенда, что крылья вернутся, как наследие первого феникса среди амаинтов. Трейвент как раз первый.
— Но это всего лишь легенда, сказка.
— Возможно. Но другой надежды у нас все равно нет.
— Что подразумевается под наследием?
Глаза оракула насмешливо блеснули.
— Откуда же мне знать, амаира? Это всего лишь легенда, сказка. Но наши боги хотят, чтобы феникс выжил. Именно поэтому мне пришло то видение. Именно поэтому ты должна его уберечь. Ступай. Ты все поймешь сама рано или поздно. Заодно и мне объяснишь. Ступай. И помни свое слово.
Оракул вновь растаял призрачной дымкой, оставив Шарлинту в пещере совсем одну. Ничего нового не рассказал, зато обещание выбил. Принцесса тихо рассмеялась. Словно очередную сказку на ночь поведал, оставив кучу вопросов без ответов. Легенда, значит.
Новое плетение на артефакт крепилось с большим трудом. Видимо, потому, что мысли Шарлинты были совсем далеко от ее кабинета в академии, если выделенную каморку можно было назвать этим громким словом.
Наследие. Странное слово. Вроде бы феникс должен передать что-то следующему поколению, только материальное ли? А если не материальное, то, что же это может быть? Знания? Магия? Что такого особенного может уметь и знать Трейвент, что недоступно другим амаинтам? От встречи с оракулом осталось неприятное послевкусие. Вроде бы что-то рассказал, только количество вопросов почему-то лишь увеличилось. Если бы не война и страх за феникса, Лин вряд ли всерьез восприняла короткий рассказ оракула. Надо же, легенда. Древнему больше лет, чем разлому, образовавшемуся после катастрофы, а он по-прежнему словно дитя верит в небылицы.
— Ваше Высочество, — тихо окликнул Лин, вошедший после короткого стука мэтр Аратен. — Кажется, вам стоит отдохнуть.
Старый маг рассматривал артефакт в руках девушки. Принцесса тоже попыталась сосредоточиться на нем, тем более что, находясь в глубокой задумчивости, она сплела совсем не то, что планировала. Плетение получилось абсолютно новым, ничего подобного Шарлинта в учебниках не встречала.
— Испытывать не будем? — вздохнула она, уже представляя объем работы по снятию этого не самого удачного узора магии с артефакта.
Разматывать узелки куда сложнее, чем наплести вот такой экспромт.
— Почему не будем? Попробуем. На бабочках.
Как и предполагала принцесса, плетение получилось совершенно бесполезным. От заклинания не защищало, и было полное ощущение, что артефакт с ним вовсе перестал работать.
— Они все еще не нашли никого? — спросил маг с сочувствием, наблюдая, как резкими нервными движениями Шарлинта буквально сдирает неудавшееся плетение с поверхности амулета.
Поддавалась магия ей плохо. Словно чувствовала неуверенность принцессы, и буквально цеплялась за неровные грани использованных для артефакта камней.
— Не нашли, — подтвердила Лин, не поднимая головы от амулета. — Я бы нашла. Но меня туда не пускают. Держат в стороне словно бездарную.
— Может, просто берегут? — попытался скрыть улыбку мэтр.
— Как птичку, угодившую в клетку, если только, — вздохнула принцесса. — Мэтр, а в древних летописях магов встречается упоминание о расе фениксов? Ну, или хотя бы в сказках.
Старый маг задумался.
— Ничего подобного не помню. В справочнике исчезнувших рас фениксов точно нет.
