Через несколько часов, нервно перебирая платья в поисках подходящего для обряда, Шарлинта была вынуждена согласиться, что, да, она волнуется. Чертовски волнуется. Никогда раньше ее не беспокоила одежда до такой степени. Ни для кого еще раньше ей не хотелось выглядеть особенной, красивой. Все эти девичьи штучки как-то прошли мимо.
Саарита сначала пыталась помочь с выбором, но заметив, что принцесса толком и не слушает, осталась сторонним наблюдателем. Она лишь улыбалась, следя за метаниями Шарлинты по спальне.
— Саарита, помоги мне, — наконец взмолилась принцесса, рухнув на кровать, заваленную разнообразными нарядами.
Девушке совсем не хотелось, чтобы амаиры, когда придут вплетать в волосы отиа, застали ее неодетой и в растрепанных чувствах.
— Штаны и рубашку? — приподняв черную бровь идеальной формы, с легкой улыбкой поинтересовалась телохранительница.
Шарлинта лишь растерянно покачала головой. Амаиры ее только в этих штанах постоянно и видели. А хотелось чего-нибудь особенного. Или она слишком сосредоточилась на деталях?
— Тогда так.
Саарита вытянула из кучи разноцветных тряпок простое светлое серебристо-серое платье с длинным рукавом из плотного зендарийского шелка.
— Серая мышка? — с сомнением спросили Лин.
— Принцесса, примерьте. Я помогу со шнуровкой. Не понравится, успеете переодеться.
Саарита оказалась права. Платье безупречно село по фигуре, подчеркивая изящные формы девушки. Глаза Шарлинты, оттененные нарядом, казались зеленее, чем обычно.
— Хороша мышка, — резюмировала тракарамка, пока принцесса рассматривала полученный результат в зеркале.
Но, даже разобравшись с нарядом, спокойней Лин не стала. Пока амаиры по очереди вплетали отиа в волосы Шарлинты, она нервно крутила на запястье широкий изумрудный браслет. Шнурки для волос оказались совсем тонкими, а маленькие плоские камушки, нанизанные на них — яркими и солнечными, словно капли меда на темной поверхности. Они совсем не сочетались с выбранными принцессой украшениями — изумрудным комплектом, но менять что-то Лин уже не стала.
Дед ждал ее и амаиров возле входа в пещеру хранителя.
— Ребенок, что с тобой? — спросил император, рассматривая бледное и какое-то потерянное лицо принцессы.
Шарлинта вновь лишь пожала плечами. Она не могла объяснить, что именно чувствует. Это был не страх, а странное ощущение нереальности происходящего. И оно никуда так и не исчезло.
Ни когда дед проводил ее вниз, к постаменту хранителя.
Ни когда ее амаиры по очереди произнесли клятву, ту самую, которую она несколько раз уже слышала накануне вечером.
Ни когда она сама, тихо и не совсем твердо ответила, что согласна.
Ни когда ее имя вписывали в семейный свиток Лантераннов.
Ни когда ее гэйхх словно обожгло огнем.
Ни когда присутствующие поздравляли их.
Только когда Равенель, поймав растерянный взгляд девушки, приподнял ее лицо за подбородок и коротко поцеловал, прямо при свидетелях, только тогда Шарлинта осознала, что все уже свершилось, что она уже замужем. Что она теперь по праву амаира. Амаира Первого дома.
Глава 14
Холодный осенний ветер остудил щеки и разогнал странный туман в голове принцессы. Прощание с дедом вышло каким-то скомканным. Шарлинта и сама не знала, что именно ожидала от императора. Но когда он, потрепав ее по макушке, пожелал счастья и скрылся в портале, девушка еще долго смотрела ему вслед, ощущая странное чувство потери.
— Маленькая?
Трейвент заботливо поправил волосы и накинул капюшон на голову Лин. Принцесса отвлеклась от созерцания темноты, в которой уже окончательно растворились искры портала, и подняла растерянный взгляд на амаира. Искреннее восхищение. Оно совсем не привиделось ей там, в тронном зале в Чардифе во взгляде среднего амаира. И тогда, и сейчас, он смотрел на Шарлинту, как на какое-то неведомое чудо. Как смотрела она на драконов. Своих драконов. Красный, например, у принцессы никакого особого душевного трепета не вызывал.
— Что ты подумал, когда увидел меня впервые?
Шарлинта и сама не поняла, как произнесла это вслух. Конечно, такие вещи стоило спрашивать только наедине, но почему-то ей было важно знать ответ именно сейчас.
— Что ты намного чудеснее, чем я представлял, — не задумываясь, ответил феникс.
