Все его страхи ожили разом; по правде говоря, он ощутил такой прилив паники, что на несколько секунд вообще утратил способность соображать. Пока лодка причаливала и пока из нее на берег выскакивал ладно скроенный малый, черноглазый и черноволосый, Фредерик в холодном поту скорчился на лестнице, вцепившись в бесполезное ружье. Незнакомец обменялся с гребцами парой фраз и двинулся по едва различимой тропинке к дому, где засела шайка Щеголя.
Когда он скрылся из виду, Фредерик наконец перевел дух и осторожно выглянул наружу. Ему стало стыдно своего страха.
«И почему я решил, – думал он, – что визит незнакомца как-то связан со мной; может быть, он приехал по делам из деревни, а может быть, это еще один член их шайки. Надо поскорее привести ружье в порядок, чтобы из него можно было стрелять».
Ему казалось, что незнакомец пробыл в доме очень долго; когда же Антуан наконец вышел из дома, Фредерика поразил его хмурый вид. Но самым скверным было то, что незнакомец, поначалу явно возвращавшийся к лодке, в какой-то момент передумал и свернул к маяку.
Холодея, Фредерик стал припоминать, не оставил ли он внизу следов своего присутствия, но он нигде не разводил костер, опасаясь, что его могут заметить из дома, а матрац, ружье и прочие вещи были здесь, рядом с ним. Бросив взгляд на винтовую лестницу, он внезапно вспомнил слова своего учителя, старого Бреваля, о том, что винтовая лестница создана для удобства воинов, которые держат оборону, а обычная – для того, чтобы любовник, горящий нетерпением, мог поскорее попасть к даме своего сердца.
«Если он поднимется сюда, я смогу застать его врасплох и убить… Плохо, что гребцы наверняка придут его искать. Впрочем, они ведь могут решить, что он споткнулся сам и сломал себе шею… Надо будет сбросить труп с лестницы, чтобы они нашли его внизу».
Фредерик взялся за ружье, но оно оказалось слишком длинным и громоздким для того, чтобы ударить им незваного гостя. Осторожно положив оружие, юноша наклонился и подобрал обломок кирпича – достаточный, чтобы проломить голову любому, кто рискнет сюда подняться.
Он услышал звук чиркающей спички, потом еще один, потом еще, а потом сверху спикировали потревоженные летучие мыши и избавили Фредерика от необходимости приканчивать Антуана Молине. Молодой человек услышал ругательство и звук удаляющихся шагов, а когда Фредерик наконец отважился выглянуть в окно, незнакомец уже садился в лодку и гребцы готовились отчалить от острова.
Днем Рене гуляла по берегу и незаметно оставила Фредерику немного еды, но поговорить им опять не удалось – явилась Мари и потребовала, чтобы пленница шла обратно в дом.
К вечеру погода изменилась, стали собираться тучи, полил дождь. Фредерик хотел пробраться к дому, но сквозь пелену дождя он видел свет в окнах и понял, что бандиты бодрствуют.
«Может быть, потом… Когда они уснут».
Сам он был уверен, что не заснет еще долго, но неожиданное появление Антуана на острове так взвинтило ему нервы, что теперь организм настойчиво требовал отдыха. Едва закрыв глаза, Фредерик провалился в сон.
Он проснулся от смутного ощущения тревоги и почти сразу же услышал внизу знакомый звук. Кто-то, стоя в башне маяка, чиркал спичкой о стену, чтобы рассеять мрак.
Фредерик подпрыгнул на месте и быстро стряхнул с себя тряпье, которое позаимствовал из заколоченной комнаты, чтобы укрываться по ночам. Свободной рукой он нащупал в полумраке ружье и, ощутив под пальцами его холодную гладкую сталь, сразу же успокоился.
– Паршивая погодка, – донесся снизу голос, которого юноша прежде не слышал. – Поговорим здесь, если вы не против…
– Разумеется, нет, Мэтр, – ответил второй голос, и Фредерик без колебания признал в его обладателе человека по кличке Щеголь, который большинству был известен как Эжен Фализ. – Я надеюсь, с выкупом все в порядке?
– Как раз наоборот, – ответил незнакомец. – Нам расставили ловушку. Нет никакой дочери банкира, и никакого выкупа, само собой, не будет.
– Но… – пробормотал Фализ. – Я хочу сказать, ведь эта женщина, Рене…
– Я уже сказал вам, что никакой Рене не существует, – с неудовольствием промолвил тот, кого называли «мэтром». – Она приманка, чтобы погубить вас – точнее, меня. Есть люди, которые хотят меня уничтожить в отместку за то, что случилось в Гамбурге.
– А что там случилось? – быстро спросил Фализ.
– Вам не нужно этого знать, поверьте, – сухо отозвался Мэтр. – Достаточно и того, что я предупредил вас об опасности. Теперь слушайте, что вы должны будете сделать. Сейчас вы вернетесь к себе, убьете женщину, которая водит вас за нос, и исчезнете со своими людьми. На острове никого больше нет, и пока ее обнаружат, пройдет достаточно времени, чтобы вы успели скрыться. Да, когда убьете ее, откройте окно, чтобы налетели птицы. Чайки любят падаль, так что не будем их огорчать.
– Хорошо, Мэтр, я сделаю так, как вы приказываете, – промолвил Фализ после паузы. – И все-таки, такое дело сорвалось, а? Это похищение должно было принести нам колоссальные деньги…
