– Вот на этом и сыграл тот, кто его вам предложил, – усмехнулся его собеседник. – Мы имеем дело с очень умными и опасными людьми, и не стоит их недооценивать. Когда мой приказ будет выполнен и вы будете уже далеко отсюда, дайте объявление в газете, чтобы я знал, что все прошло благополучно.
– Конечно, Мэтр, я так и сделаю. Спасибо, что предупредили, потому что я сам никогда бы не подумал… Счастливого пути!
Фредерик слушал, холодея, и не понимал, что происходит. «Это ловушка», – сказал незнакомец; и Рене – вовсе не Рене. Значит, она не сумасшедшая? Но ее разоблачили, и тот, кого зовут Мэтром, велел ее убить…
Он схватил ружье и вскочил на ноги, но ему еще надо было спуститься в темноте по винтовой лестнице, а без света сделать это было затруднительно. Когда он, зажигая спички одна за другой, наконец добрался до низа, Фализ и незнакомец уже ушли.
Мари закончила довязывать ряд в свитере для Ива и хмуро покосилась на Рене, которая сидела в кресле, читая книгу. Во входную дверь энергично постучали, и вскоре вошел Щеголь в сопровождении Жюльена. Плащ «Эжен Фализ» не снял, и на нем блестели крупные капли дождя. Руки главарь держал в карманах.
– Значит, под лестницей живет крокодил, да? – не понять к чему проговорил Щеголь и засмеялся нехорошим смехом. – Ловко вы все это придумали, однако…
Он вытащил из кармана руку, и Мари увидела, что он держит в ней пистолет. Но прежде чем Щеголь успел выстрелить, Рене швырнула в него книгу, а затем в ее руке неведомо откуда материализовался небольшой револьвер. Взвизгнув, Мари бросилась на пленницу, но опоздала, потому что та выстрелила первой. Пуля попала Щеголю в грудь, и он медленно осел на пол с недоумением на лице.
– Ив! Сюда! – отчаянно закричала Мари, повиснув на руке пленницы. – Жюльен! Держи ее! У нее пушка!
Рене выстрелила еще два раза, но пули ушли в потолок. Жюльен, который явно трусил, не спешил прийти на помощь Мари, и только Ив, который примчался с кухни, сумел вывернуть пленнице руку и вырвал у нее оружие.
– Ах ты дрянь!
– Он ранен! – пробормотал Жюльен, указывая на лежащего на полу Щеголя.
Убедившись, что Ив крепко держит пленницу, Мари подбежала к лежащему и опустилась рядом с ним на колени.
– Что на тебя нашло? Что ты наделал!
– Мы обла… облажались… – медленно проговорил Щеголь. – Это не Рене… Выкуп – ловушка… Убейте ее и бегите, иначе вам кры… шка…
Из его рта потекла кровь, взгляд застыл.
– Убить так убить, – покладисто согласился Жюльен и вытащил нож. – Держи ее, я перережу ей глотку.
Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге возник тот самый призрак, которого Мари недавно видела в саду. Только сейчас было ясно, что это человек, потому что волосы его слиплись от дождя, а глаза горели недобрым огнем. В руках он держал старое ружье.
Выстрелом Жюльена отбросило к стене, он ударился затылком о стену и повалился, выронив нож. Вторым выстрелом Фредерик разнес голову Иву.
– А-а-а! – истошно закричала Мари. – Пожалуйста… Умоляю… Не надо! Не убивайте меня, прошу вас!
Она рухнула на колени, молитвенно сложив руки, и поползла по полу к Фредерику, но он отдернулся резким движением.
– Вы целы? – спросил он у женщины, которую знал только как Рене.
Не сводя с него пристального взгляда, она кивнула и увидела, как он, бледнея, отступает к стене.
– Что с вами? – спросила Рене.
– Я не выношу вида крови, – пробормотал Фредерик, отворачиваясь. – Если я вижу кровь, мне становится нехорошо.
Мари покосилась в его сторону, поняла, что дуралей с разряженным ружьем для нее больше не страшен, и быстрым движением подобрала с пола нож, который выронил Жюльен.
– Вы шутите? – изумилась Рене. – Вы… – Она хотела сказать: «Вы известны как жестокий убийца – и вам становится плохо от вида крови?», но вовремя остановилась.
В конце концов, убийца он или нет, но он спас ей жизнь, и теперь надо было выяснить главное – то, ради чего, собственно, она оказалась здесь.
– Ну что, – сказала Рене, обращаясь к Мари, – поговорим?
– О чем? – мрачно спросила служанка.
– Не о чем, а о ком. Например, о человеке, которого вы называете «Мэтром».
– Никогда о таком не слышала, – ответила Мари, выдавив из себя подобие улыбки, и, как тигрица, бросилась на Рене.
В последний момент молодая женщина успела увернуться, и лезвие, которое иначе угодило бы ей в горло, вонзилось в плечо.
– Сдохни! – заревела Мари, занося руку для второго удара, но тут на нее бросился Фредерик, и они сцепились. Бешенство придало любовнице Ива сил, она едва не ткнула противника ножом, но тут он нащупал рядом с собой, на маленьком столике, спицы, схватил одну из них и ударил, не глядя. Что-то брызнуло ему в лицо, Мари страшно захрипела, потом повалилась на пол… А потом наступила тишина.
Чувствуя дурноту, Фредерик поспешно вытер лицо и увидел на руках чужую кровь. Его зашатало, но тут он заметил, что Рене съежилась на диване, зажав рукой рану на плече. Из-под тонких пальцев молодой женщины растекалось неправдоподобно большое красное пятно, которое занимало уже почти половину лифа.
