– И у меня получилось, – пожимает он плечами.
– Я отказываюсь в это верить, – говорю я. – Ты не мог так поступить.
– Мы воюем со всем Скрытым миром, – с горечью произносит Дилан. – Боремся за право магов на существование, Амари. Мы вынуждены делать то, что необходимо. И ты должна быть на нашей стороне…
– Я хочу сказать тост! – перебивает его Моро и поднимает кубок. – За Амари Питерс, самую могущественную иллюзионистку, что я встречал с тех пор, как познакомился с Владимиром. Очень жаль, что придется принести тебя в жертву ради воскрешения Братства ночи.
– Погоди, – вскидывается Дилан. – Ты говорил, что ей не придется умирать. Что она может примкнуть к нам.
Моро хмурится.
– Не говори глупостей, мальчик. Девчонка ясно дала понять, что наша борьба ее не интересует. Я дал тебе возможность переманить ее, и ты потерпел неудачу. Но не волнуйся… – Моро прерывается, чтобы отпить из кубка. Капля крови сбегает по его подбородку. – Она умрет, зная, что ее смерть послужит исправлению этого мира. Все, кто проклинал нас, наконец получат по заслугам. Они будут наказаны!
Я невольно вздрагиваю. Слова Моро – эхо моих прошлых мыслей. Я ведь тоже мечтала отомстить людям, которые ненавидели меня за то, что я не в силах изменить. Людям, которые на меня презрительно косились, родителям, которые подписали петицию на дверях тренировочного зала. Я чувствовала то же самое, когда, доведенная до крайности, толкнула Эмили Грант. Я отплатила Эмили за все те дни, когда из-за нее ощущала себя ничтожеством, бедной чернокожей девочкой из неблагополучного квартала. За то, что она осмелилась сказать, что Квинтон мертв. И как же приятно было стоять и смотреть на Эмили сверху вниз, пока остальные покатывались со смеху.
В тот миг я чувствовала, что справедливость восторжествовала.
Но сейчас все иначе.
– Мы можем изменить отношение к магам, никому не причиняя боли! Я видела, как это происходит. Нужно просто дать людям возможность узнать, какие мы на самом деле.
Ведь Элси стала моей подругой, потому что мы дали друг другу шанс. И рейнджер Алфорд во время второго испытания стала смотреть на меня иначе. Как и те зрители, что хлопали мне после представления, которое я устроила на последнем экзамене. Я сумела расположить их к себе просто потому, что не закрывалась. И неважно, сколько раз мои усилия не приносили результата.
– Это все очень трогательно, но я не заинтересован в том, чтобы изменить отношение к магам, – говорит Моро. – Льва не волнует мнение овец. Скрытый мир подчинится моей воле – или падет. К несчастью, многим суждено погибнуть прежде, чем они это поймут.
Не сводя глаз с Моро, я медленно лезу в карман за телефоном. Если получится отправить сообщение агенту Фионе… Но бросив взгляд на экран, я обнаруживаю там все того же Моро, который укоризненно грозит мне пальцем. И телефон выключается.
Моро встает и вынимает из складок мантии Черную книгу.
Проводит над ней пальцами – и книга открывается. Он кладет ее перед собой, сжимает руки в кулаки и сводит вместе, чтобы затем прошипеть:
–
Зеленый туман, клубящийся над Квинтоном и Марией, взмывает в воздух и летит к дальней стене. А там собирается в мерцающую зеленую дверь, которая живо напоминает мне шатры на Празднике всех душ.
Взмахнув плащом, Моро скользит к двери, стучит в нее ровно один раз и громко зовет:
– Выходи, мой старый друг. Выходи, Владимир!
Призрачная дверь начинает приоткрываться…
Моро поворачивается ко мне, его глаза взволнованно сверкают.
– А ты, дитя, отдашь свою кровь – она понадобится Владимиру, чтобы к нему вернулась его волшебная сила.
Взмахнув рукой, Моро рывком поднимает меня с кресла и переносит прямо к двери. С той стороны высовывается призрачная, состоящая из одних костей рука, которая начинает жадно шарить по воздуху, пытаясь до меня дотянуться. Магия Моро так сильна, что я и пальцем пошевелить не могу.
Я даже иллюзию сотворить не в состоянии. Что же делать?
Сгусток энергии внезапно врезается в спину Моро. Неловко дернув рукой, старик падает. Секунду спустя Дилан уже стоит над магом, направляя на него оглушалу.
– Ты бросаешь мне вызов теперь, когда мы в шаге от победы? – злобно шипит Моро.
Дилан закрывает глаза.
– Тебе известно, что она для меня значит. Я не могу смотреть, как она умирает.
– Только слабак будет ставить чувства выше власти, – рычит Моро. – Ты недостоин называться магом.
– Ты несколько веков пытался вернуть магам былую славу, – огрызается в ответ Дилан. – И все равно тебе понадобился я, чтобы достать Черный ключ и похитить Черную книгу. Так что из нас двоих как раз ты ничего не стоишь. Твое время вышло, старик.
– Мальчишка, у тебя не хватит сил забрать мою магию! – кричит Моро.
Дилан в ответ выпаливает несколько странных слов, и серебряное пламя окутывает его руки. Он сжимает их в кулаки, и серебряное сияние, вырвавшись из Моро, начинает перетекать в Дилана.
– Невозможно! – визжит Моро.
