В Подземном мире призывами низших по рангу созданий занимались многие дьяволы, от простого лорда до самих двенадцати королей — и как тут угадаешь, кто явится? С середнячком еще можно справиться или договориться, но если явится атомная бомба типа короля Чистилища Абаддона или Повелителя сломанных мечей — ух! В истории такое случалось дважды, и оба раза все закончилось не просто смертью призывателя, но грандиозными войнами людей с адскими тварями.
Оторвав наконец взгляд от проклятых нарукавников, Брэндель решил не рисковать и припрятал находку в Пространство-хранилище, решив пока о ней и не вспоминать. С его-то везучестью явно закончится Абаддоном или ему подобными.
— А для чего они? — полюбопытствовала Фелаэрн, обратив внимание на его необычное поведение.
— Бомба с часовым механизмом, — последовал нерешительный ответ.
Том 3. Глава 284. Игры, в которые играют дворяне
На бледном небе как будто застыла корка изморози. Дыхание облокотившегося на позолоченные перила балкона Йокама вырывалось изо рта облачками пара, а на его нездорово-бледном лице застыла непонятная усмешка. Вглядывался он куда-то в деревья на отдалении.
— Милорд, проклятая сырость. Будь проклята здешняя погода! — пожаловался наконец один из продрогших адъютантов.
Маркизу в его норковом палантине не было до этого никакого дела.
— Пускай весна здесь и немногим холоднее самых суровых зим в моих владениях, господа дворяне скоро зададут такого жару, что разом все согреются! — прокомментировал он, потирая руки.
— Вы об амбициях или претензиях?
Но Йокам не ответил — лишь тонко улыбнулся, снова оперся на поручни и вернулся к разглядыванию леса.
Вскоре показалась карета в большой упряжке и в сопровождении аж двух рядов конных рыцарей по каждой стороне. Остановились они у парадных ворот имения.
Парадный зал имения в это время уже заполнился сплетничающими дворянами при полном параде. Большинство — из разбогатевших и купивших себе дворянский титул торговцев. Не имеющих отношения к подлинной цели этого собрания и приглашенный скорее как массовка, аплодировать в нужном месте и молчать, пока избранные решают судьбу королевства.
В карете же прибыла подлинная звезда предстоящего представления.
Постепенно зал затихал. Оживленные беседы стихли до перешептываний, а напряженные взгляды столпившихся у больших арочных окон гостей устремились наружу, на черный экипаж со знакомым любому гербом. Щит, полумесяц на фоне звезд, корона и уникальный крылатый змей.
О прибытии гостей, наследников семейства Корвадо принцессы Гриффин и принца Харуце, объявили уже в гробовой тишине.
Чуть меньше шума поначалу наделало прибытие экипажа еще одного ключевого участника собрания. Простая черная карета с упряжкой коней под цвет, но герб. Расправивший крылья на фоне туч свирепый орел — спроси кого, кто из шести герцогов стоит на голову выше остальных, как по влиянию, так и по богатству, любой назвал бы имя Аррека.
Рыцари Корвадо тем временем спешились и построились. Один из них открыл дверцу кареты.
Сначала показалась струящаяся аметистовая волна невероятно изысканного платья. Расправив подол, принцесса Гриффин слегка подняла подбородок, сверкнув серебристыми глазами. В них отразились не только блики от ярчайшего освещения в зале, но и едва заметный вызов. Струящиеся по открытым плечам серебристые волосы нежнее шелка, стройный стан и заостренные ушки, подчеркивающие тонкие эльфийские черты — казалось бы, само воплощение женственности и хрупкости, но во всем ее облике сквозила решимость, гордость и сила.
Почти все в зале в этот момент сами того не сознавая задержали дыхание. Конечно, слухи о невероятной красоте наследницы трона ходили уже давно, но правильно говорят: по-настоящему поймешь только увидев собственными глазами.
На ум большинству присутствующих пришли лишь различные вариации одной и той же мысли: Проклятый старикан Аррек, ничего себе „взаимовыгодный союз“ — повезло!
Почти единственным исключением оказался маркиз Йокам: тот, храня невозмутимость, лишь едва заметно улыбнулся и смахнул с перчатки воображаемую пылинку.
Все так же хитер. Это его прибытие одновременно с девчонкой — демонстрация силы? Но все равно интереснее всего, за сколько же, точнее за что она продалась.
Стоило открыться двери второго экипажа, в зале добавилось хмурых лиц. Удивленно поднял бровь даже Йокам.
