Главным доказательством того, что Мельтцер потерпел неудачу, Маккой считает арест (и последующее осуждение) Мельтцера в 1949 году. Но в этот период жестокой реорганизации синдиката было много арестов и даже убийств ключевых игроков - в частности, бывшего близкого друга Лански, Багси Сигела (важная фигура в послевоенном мексиканском трафике, которую Маккой обошел вниманием). Таким образом, сами по себе аресты мало что нам говорят. Лучано был арестован и посажен в тюрьму в 1936 году, но, очевидно, оставался доминирующей фигурой в международном наркотическом преступном мире вплоть до своей смерти в Неаполе в 1962 году42.
ЦРУ рассматривало Мельтцера, как и ранее Лучано, в качестве потенциального нелегального агента. Примерно в 1960 году сотрудник ЦРУ Уильям Харви, собирая досье на потенциальных агентов для организации убийств ЦРУ (ZR/RIFLE), включил в него досье Мельтцера. В то время Мельтцер был "давним сотрудником и иногда стрелком [Джона] Росселли", центральной фигуры в мафиозных планах ЦРУ по убийству Фиделя Кастро43.
Как и Маккой, Питер Лупша однажды преуменьшил значение политики мексиканского наркотрафика до 1960 года. Он изобразил его как все еще контролируемый региональными бандидос, каждый из которых доминировал на своей местной гражданской площади, пока "не возросла потребность в политических связях в высшем свете".44 Но Лупша явно ошибается. В 1931 году министр внутренних дел Мексики Карлос Рива Паласио подал в отставку из-за своего предполагаемого участия в международной операции по контрабанде наркотиков через Мексику45. В 1936 году Эл Шарфф из таможенной службы "разогнал банду наркоторговцев, простиравшуюся от Шанхая через Гавану до Мехико, в которую входил... зять начальника полиции Мехико из Стамбула".46 Эта банда была связана с Эли Элиопулосом, который вел дела с Лаки Лучано и Мейером Лански и был частью того, что Time однажды назвал "одной из крупнейших международных наркогруппировок, раскрытых за последние годы".47
Луис Асторга приводит доводы, диаметрально противоположные мнению Лупши, утверждая, что "высокопоставленные политики" были связаны с мексиканским наркотрафиком с момента его зарождения более века назад.48 Далее он утверждает, что с самого начала "большинство влиятельных наркоторговцев, не принадлежавших к политическому классу, были политическими протеже, а не крестными отцами или контролерами политиков "49.
В общем, можно сказать, что если в Азии ЦРУ помогало создавать и поощрять местные связи между разведкой и наркотиками 1950-х годов, то в Мексике оно в значительной степени унаследовало их.
Истоки триархии ЦРУ-ДФС-Наркотики
По общему мнению, после создания ДПП при поддержке США в 1947 году,
между правящим политическим классом и наркоторговцами была установлена структурная связь. Ее работа должна была быть двоякой: с одной стороны, она обеспечивала взимание части прибыли в обмен на защиту; с другой стороны, она служила механизмом сдерживания насилия и любых политических соблазнов со стороны наркоторговцев.50
Мозг, стоявший за созданием ДПП, друг и советник президента Алемана полковник Карлос И. Серрано, сам был связан с наркотрафиком. Как мы узнаем от профессора Барри Карра, главной целью ДФС было не сдерживание нарконасилия, а, наоборот, управление им и развязывание насилия против прокоммунистических левых:
Самой важной из новых организаций, созданных Алеманом, стало Управление национальной безопасности (Dirección Federal de Seguridad, DFS), которое было детищем одного из самых известных и печально известных советников президента, полковника Карлоса Серрано. DFS была создана по образцу ФБР и "занималась прослушиванием телефонных разговоров с помощью оборудования, предоставленного при содействии ФБР". В середине 1947 года он использовал инструкторов ФБР для подготовки девяти новобранцев из Военной академии, включенных в состав новой полиции безопасности. ДПП сохранило за собой ряд функций, ранее возложенных на другие разведывательные подразделения Министерства внутренних дел, и одной из его основных обязанностей было наблюдение за "диссидентской" деятельностью в рабочем движении и левых силах, которое было хорошо развито к середине 1947 года. Не случайно нападение на штаб-квартиру Мексиканского профсоюза железнодорожников (STFRM) в октябре 1948 года, ставшее первой успешной попыткой разгрома мощного профсоюза, было совершено элементами ДПП под личным командованием Карлоса Серрано. 51
В посольстве США в Мехико возникли разногласия по поводу использования ДФС и наркоторговцев в качестве антикоммунистических сил. Государственный департамент и военный атташе осудили ДПП за участие в наркобизнесе. Но ЦРУ, создав в 1949 году мексиканский филиал, этого не сделало.
О наркоторговле Карлоса Серрано упоминалось в конфиденциальном отчете помощника военного атташе Госдепартамента от 4 сентября 1947 года. В нем Серрано, директор ДПП Марселино Инуррета и заместитель директора "подполковник Мануэль Магораль" [майор Мануэль Майораль Гарсия] были названы тремя лицами, занимавшимися торговлей наркотиками: