В непримечательный день ранней весной — никаким особым светом не позлащенный, никаким значительным событием не увековеченный — случилось то самое время, которое, как это часто бывает, преобразило ее сомнения: она глянула в зеркало, сунула руки в волосы, густые, пружинистые, великолепные, и не смогла представить ничего другого. Попросту влюбилась в свою шевелюру.
