Солнце было ярким. Я глубоко вжалась в сиденье машины, чтобы выбраться из нее, и мягкие звуки машины Трента, казалось, стали громче. Мы припарковались у магазина напротив новых офисов дьюара в Цинциннати, ожидая, когда Дженкс вернется с разведки. В подстаканниках остывали две чашки чистого черного чая. В серой спортивной машине Трента было тепло, но температура снаружи была слишком низка для Дженкса, на мой вкус. Ноябрь, кисло подумала я. Дженкс должен быть в церкви, дежурить на телефонах и следить за тем, чтобы мои травы для чар равномерно высыхали, а не дохли.
Взволнованно проведя руками по своим черным брюкам и сжала их в кулаки на коленях. Мой пиджак в тон был длинного покроя, а блузка — совершенно белой. Низкие каблуки, броские украшения и маленькая сумочка с бутылочкой души и пистолетом с шариками превращали меня в любого офисного работника, особенно с зачесанными назад волосами и минимальным макияжем. Трент был в костюме. Он надел плохо сидящий, не сшитый на заказ костюм, который сбил с него вид генерального директора. Тем не менее, он все еще выглядел хорошо, хотя и немного неуютно из-за плохого пошива — бодрый, грациозный и держащий себя в руках. «Ты мог бы добавить «вкусно» в список и не ошибиться, — подумала я, потягивая кофе.
Монастырь, где теперь располагалась штаб-квартира дьюара, выглядел оживленным движением машин и пешеходов. Обсерватория Цинциннати располагалась там в начале 1800-х годов, но уже давно переехала из-за светового загрязнения. Какое-то время на оголенном холме выращивался виноград, чтобы помочь Цинциннати стать американской столицей виноделия. Теперь холм был покрыт деревьями и парковками, зажат между трассами I-71 и 50.
Дьюар купил его, чтобы укрепить свое присутствие в Цинциннати, от единственного офиса в Низинах в торговом центре до обширного трехэтажного многоцелевого здания, включая часовню площадью двенадцать тысяч квадратных футов. Свадебные приемы все еще проходили в огромном переоборудованном святилище с его римскими фресками и изысканными люстрами, но больше ничего не заказывалось, и к этому времени в следующем году эльфийская религиозная фракция будет иметь это место в своем распоряжении.
— Если ты не услышишь ни от одного из нас вестей в течение часа, отвези их домой, — сказал Трент, предположительно обращаясь к Квену. — Мне все равно, даже если тебе придется бросить ее в ров на острове обезьян.
Улыбка тронула мои губы. Очевидно, Эласбет была сосредоточена на девочках, а не на заговоре, но все шло не очень хорошо. Из разговора казалось, что Рей усовершенствовала умение подзадоривать Люси, только для того, чтобы сидеть сложа руки и наслаждаться шоу, когда та бесилась.
Внезапный стук крыльев у окна потянул меня вперед, и я прыгнула, чтобы открыть окно для Дженкса.
— Мне пора, — сказал Трент, заканчивая разговор, в то время как я включила обогреватель машины. Пикси выглядел странно тяжелым в своем снаряжении для холодной погоды, но его крылья приподнялись, когда он повернул их так, чтобы горячий воздух проходил над ними плавно.
— Мы готовы, — сказал Дженкс, все еще явно мерзнущий. — Боковая дверь там, где и сказал Зак. Даже видел, как кто-то использовал ее с кодом, который он нам дал. Я уберу камеры, когда мы пойдем.
Возбуждение пробежало по моим пальцам ног.
— Ты хочешь сначала согреться?
— Нет, я в порядке. — Дженкс достал желтое печенье из складок своей одежды и начал его грызть. — Два часа спустя у меня могут возникнуть проблемы, но пока солнце высоко, я в порядке.
Обеспокоенная, я посмотрела через машину на Трента.
— Внутрь, разлить по бутылкам, выйти через двадцать? — предложил он. Это были мои собственные слова, но я не была полностью счастлива. Благодаря публичному расписанию Лэндона и более личным знаниям Зака о привычках этого человека, мы были совершенно уверены, что Лэндон будет находиться в самой большой из трех квартир на территории отеля, где он сейчас жил и дремать до поздних встреч.
— Когда мои планы не срабатывали? — прошептала я, затем потянулась к двери. — Хорошо, у меня есть местечко для тебя на плече, Дженкс, и грелка в сумочке, если хочешь.
— Я в порядке, Рейч, — пробормотал он, но я почувствовала себя лучше, когда он устроился на моем плече.
Вместе мы с Трентом вышли, и я потянулась к низкому капоту, и удивилась, почувствовав как ближайшая лей-линия влилась в меня. Теплое ощущение эхом прокатилось по мне спереди назад.
— Рейч? — спросил Дженкс, когда мои волосы взлохматились, и я посмотрела через низкий капюшон на Трента. Он подключился к линии, и через него я тоже подключилась.
