– Интересно, они смогут что-то сказать или придется объясняться жестами, – подумал он.
Наконец, в наушниках зазвучал голос оператора. Тот был немногословен – назвал позывной Бланкенберга и сообщил, что эвакуационная команда готовится к вылету. Эвакуировать им предстояло не только самого пилота, но и капсулу – на то был квадролет с соответствующими грузозахватными приспособлениями. Бланкенберг стал прикидывать в уме, как они заберут его самого – приземлятся ли на огород или предпочтут поднять его на лебедке.
Дети тем временем пробились через снег и уже тут как тут стояли перед кабиной.
Бланкенберг сдвинул забрало, состроил максимально дружелюбное лицо и отчетливо произнес:
– "Allied Forces".
Еще он продемонстрировал шеврон с американским флагом. Вообще и без того было очевидно, что он не пилот "чинков".
– Mister pilot! Wow! – наконец изрек тот, что был повыше и, надо думать, постарше. Рот у него, как и у второго от радости был до ушей.
Не разбрасываясь лишними словами, Бланкенберг объявил:
– Я пилот коалиционных сил, майор ВВС США Бланкенберг. Мой самолет был поражен примерно в двухстах километрах отсюда. Я продолжал полет, но до базы не дотянул.
– Как вас зовут? – со вполне ожидаемым акцентом проговорил более младший.
Первый, начавший разговор, стоял молча и сверлил взглядом аппарат, на котором приземлился Бланкенберг.
Все стало ясно – они хоть и могли что-то произнести по-английски, но нихрена не понимали его речь. Напрашивался вывод, что говорить надо медленнее.
Mister, look! – произнес тот что постарше и продемонстрировал зажатый в руке телефон.
После этого он принялся что-то тараторить в него на русском. Поначалу Бланкенберг решил, что тот вызывает свою службу спасения, но оказалось что пацан придумал кое-что получше. Наговорив в телефон, он протянул его Бланкенбергу насколько смог – мешала надувшаяся при приземлении подушка, одна из подушек. Тем не менее, расслышать голос из телефона было можно.
– Мы видели, как ваш самолет упал, мистер. Мы также видели как ваши парашюты раскрылись и мы тогда поняли, что все хорошо. Вам надо позвонить чтобы за вами приехали? Если да то звоните. А у нас тоже дядя на фронте. На Африканском.
Бланкенберг закивал, потом жестом с оттопыренным указательным пальцем как мог дал понять, что сейчас он что-то предпримет. Сам он тем временем потянулся к карману на голени, где был нож. Через какие-то секунды он уже распарывал мешавшую подушку-баллон.
А ваша кабина вам уже больше не нужна? – Услышал он голос из телефона, когда переваливался через борт в сугроб.
– Сейчас прилетит транспорт и заберет ее отсюда, – ответил он, нехотя пробуя ногой глубокий, почти по пояс снег. Телефон не расслышал и пришлось повторять второй раз уже в протянутый почти вплотную аппарат.
Тем временем к кабине пробирались еще несколько человек. То были уже взрослые.
– Мистер, а кабину можно и не забирать если она не нужна, – вновь произнес телефон.
– Немного охреневший от такого захода Бланкенберг оглядел вначале развесившиеся на заборе и столбах парашюты, затем неуклюже пробиравшихся взрослых.
– Хотите это себе что ли? – Сдерживая смех спросил он.
– А можно?
– К сожалению нельзя. Там секретное оборудование интерлинка и пироболты. Это почти как взрывчатка.
В ответ на последовавший недоуменный вопрос он начал объяснять как работает катапультирование при помощи кресла и как это опасно. Тут вдруг до него дошло есть способ легко и изящно отделаться и он полез обратно в кабину чтобы достать аварийный рацион.
Глава 25.
– Я все с большей уверенностью прихожу к выводу, что в итоге нам придется задействовать низковысотный перехват, – не унимался Гринсберг, – При этом вполне можно обставить все так, чтобы новая модификация продолжала оставаться в тени. Запустим ракету совместно с обычными, которые, это понятно, промахнутся. А эта попадет как бы случайно. Только нужно применять моноблочную и установить подрыв как можно дальше. Арсенал получит рассеянный дождь из осколков, но и это будет для него не лучше чем артиллеристский удар.
В ответ Бюкуа, как и Гринсберг, являвшийся трехзвездным генералом коалиционных сил, уже не в первый раз повторил свои доводы против применении новой GBA sys.580.
Лоундс, отвлекшийся на оживленный спор, вновь погрузился в изучение графической модели – он выбрал высокое разрешение, позволявшее наблюдать практически в реальном времени.
Комнат операционного планирования на борту каждого штаба было две. Та, что была выше своими статусом, имела меньшие размеры. В ней и проходил этот затяжной брифинг. Посередине отсека-комнаты находился ромбовидный стол, за которым могли разместиться двенадцать человек. Как правило, участников всегда было меньше, как и сейчас – всего присутствовавших было шестеро.