Металлические посадочные стойки поблескивали в свете фонарей, предусмотренных где-то в нижней части корабля.
Каменистый островок имел преимущественно пологий рельеф. Где-то в паре сотен метров шумело море. Ночное небо светило фосфоресцирующим зеленым светом.. На юге над горизонтом вздымались вверх пучки чуть желтоватых, напомнивший огни из пальцев Ландскрихт линий.
Завирдяев оглянулся по сторонам. Ландскрихт стояла чуть поодаль и наблюдала за ним.
– Вот вам путешествие на другой конец Земли, – весело произнесла она.
– Выглядит как-то, я бы сказал, по-инопланетному, – ответил Завирдяев и кивнул в сторону полюса.
– Называйте как хотите. Вообще да, люди по всему миру сейчас под впечатлением от зрелища, но это не на долго. Не в том смысле что сияние не на долго, а в том смысле что вскоре те, кто сжимал свое оружие в руках снова покрепче схватятся за него. А кто-то и не выпускал его из рук. Такие вот они.
Завирдяев отошел чуть в сторону от шаттла и задрал голову вверх.
– Будьте повнимательнее, – прокричала Ландскрихт, – там дальше некоторые камни могут быть по-прежнему горячими.
– То-то я чувствую, что откуда-то веет теплом, – ответил Завирдяев, пытавшийся разглядеть то место, где был обитаемый отсек.
– Впечатляюще выглядит корабль, да? – произнесла подошедшая Ландскрихт.
– А нас здесь не засекут? – поинтересовался Завирдяев.
– Нет, это маловероятно. Сейчас только особо важные оптические коммуникации работают, да и то не вполне корректно. Не забывайте про мой демарш машин. С этим еще долго будут разбираться.
Потом оба направились к морскому побережью. Завирдяев в основном молчал, изредка оглядываясь и поднимая голову к высившейся громадине.
Берег оказался пологий, с мелкими камнями. Ландскрихт по-простецки присела и взялась водить ладонью по воде, словно тоже соскучилась по чему-то земному.
Завирдяев молча сел на камень и принялся умиротворенно наблюдать за происходившим. Не помешало бы закурить, да где их, сигареты было взять-то?
Он вдохнул прохладный воздух. Сейчас здесь, в южном полушарии была весна, но она больше была похожа на октябрь в Суперфедеранте.
– Что мы будем делать? – Наконец произнес Завирдяев. – Холодно здесь, вы не находите? Прямо как там…
– Как там, у нас, – усмехнулась Ландскрихт. – Вы про Суперфедерант, верно?
– Про него самый, – ответил Завирдяев. – Сколько нам здесь придется провести времени? Вы говорили про несколько дней?
– Да, надо подождать, когда управление противоракетной обороной придет в полный развал. Тогда нам будет безопаснее всего перегонять шаттл и особенно приземляться.
– Понятно, – ответил Завирдяев и молча уставился вдаль.
– Ладно, предлагаю вам прогуляться кое-куда. Не все же дни тут торчать.
– Куда это? На другую сторону острова? Я уж лучше в шаттл полезу. Можно было бы конечно палатку с собой прихватить, – добавил он, попытавшись пошутить, – да по правде сказать, и это на любителя.
– Вы ведь хотели в Советский Союз?
– Вы же сказали, что машины времени нет. А вообще я бы не хотел это вспоминать.
– Да я не про это. Помните, я говорила про такой мир, где царят советские порядки да на западный манер. Да с марионетками на трибуне. Чем-то СФС вам может напомнить. Будет весело. Хотите?
– А как мы туда попадем? – оживился Завирдяев, по пережитому опыту понимая, что скорее всего, Ландскрихт не стала бы бросаться словами.
– Очень просто. Только вам глаза надо будет завязать. И не подглядывать.
С этими словами она вытянула руку, в которой был непонятно откуда взявшийся черный шарф.
– Ну что же. Делать все равно нечего, – ответил Завирдяев, – Шаттл не надо запирать?
– Вы удивитесь, но надо, – невозмутимо ответила Ландскрихт и направилась к кораблю, попутно накинув шарф на шею Завирдяеву.
– Что вы собираетесь делать?
Все уже веками и тысячелетиями проверено, – деловито проговорила она, встав у лестницы, ведущий в корабль.
Затем она схватилась за ступеньку и поднялась. Послышался лязг металла.
Завирдяев в недоумении зашагал к входному узлу.
– Знаете в чем тут дело? – послышался голос Ландскрихт. – Иногда эти птицы лезут куда их не просят. Здесь вроде бы летают чайки. Ну полярные чайки. Это те еще птички. Если гнездо и не совьют, то проберутся повыше и нагадят. Такие вот они.
Так эта решетка от птиц что ли? – изумленно проговорил Завирдяев, глядя как Ландскрихт спускается обратно.
– Она от всего. Главным образом от камней, но и от скотины тоже. От животины. Как по-русски правильно? Хотя эти все живут у человека в деревне. От животных. Еще от дикарей разной степени развития. Видите те узлы – она указала на какие-то ниши в нижней части корабля – знаете для чего это?
– Для чего?
– Туда можно турели ставить. Электромагнитные пушки в основном.
– Ну и дела. Они все это предусмотрели?