– Я иногда думаю, – задумчиво продолжил Оппенгеймер, – что мы таки создали этот… Как в классическом фильме "терминатор"… Я не про роботов, а про машинерию в целом, про этот "скайнет". Только это не покорившие человечество машины, а огромный принтер, который в состоянии напечатать нам все, что нужно – например, модифицируемые под ситуацию истребители, ракеты… В каком-то смысле они нас покорили, но своей полезностью что ли. Хотя такое можно сказать про все, что человек когда-либо создал. Хоть про плуг и костер. А теперь если неосмотрительно перейти к прежнему образу жизни, то эта уникальная штука, этот принтер погибнет. Промышленность расползется по своим углам и начнет штамповать разнообразные автомобили и прочие игрушки для взрослых детей, для обывателей. А потом рано или поздно грянет новая война и все начнется сначала, и еще не известно, как оно будет складываться тогда. Этого нельзя допустить.
Нордвуд глянул на стакан и отметил, что президент из него практически не отпил.
– Так что насчет шаттла? Как скоро двигатель сможет быть инсталлирован во что-то функциональное? Пусть это будет термоядерный шаттл только первого этапа, но мне, нам, нужно, чтобы он был функционален. Полностью функционален. В смысле военного применения.
– В пределах одного года это вполне реально – невозмутимо ответил Нордвуд, впрочем вполне допускавший возможность скептической реакции президента.
– Я правильно понимаю, что двигатель уже приобрел окончательный вид? – Оппенгеймер кивнул в сторону экрана, на котором замер кадр с реактором.
– Не совсем. В него сейчас вносят изменения. Изменения эти чисто тактического характера – двигатель должен иметь больше отводов для маневренного полета. Основная камера принципиально не изменится, только сверхпроводники будут из тех, что сейчас выпускаются уже более массово. Сам корабль – это вообще не проблема – та же, условно говоря, несущая рама на опорах плюс кабина и оружейные системы. У AEX был свой проект межпланетного корабля, правда тот был на ядерном двигателе. Тот двигатель был более громоздким, так что перепроектировать несущую раму труда не составит.
– Да, я помню про те шаттлы, – ответил Оппенгеймер, – Ни на что не способные чисто гражданские машины.
– Менее года… – проговорил Оппенгеймер, уже нарисовавший в своем воображении исполинский P-шаттл с арсеналом ракет вроде sys.520 на борту. Он, конечно, прекрасно отдавал себе отчет, что такого не будет, но вертикально взлетающая и способная слетать на луну и обратно платформа с несколькими ядерными блоками на борту – это не просто супероружие, это путь к высоким орбитам, которые может статься, будут оккупированы исключительно Западным Блоком. А если первый результативный полет состоится до выборов…
– Я догадываюсь о ходе ваших мыслей, – прервал паузу Нордвуд, – но правда в том, что, увязать окончание программы шаттла первого этапа с предстоящими выборами не является чем-то из ряда вон выходящим. Я предполагаю, что возможно придется воздержаться от некоторых активных продвижений на фронтах… Даже усилия Харлингтона по нормализации дел в тылах могут сыграть нам на руку.
Оппенгеймер наконец-то отпил. Нордвуд продолжал:
– Дело не столько в самой стоимости программы, сколько в отвлечении некоторых производственных мощностей, в частности индустрии новых сверхпроводников, а они же, эти предприятия, выращивают детали из аморфного металла – то есть с некоторыми гиперзвуковыми дронами-бомбардировщиками будут проблемы. Решения все равно будут найдены. В крайнем случае, есть керамика – Азиаты так делают и делали всегда. Еще один момент состоит в том, что AEX предполагают выпуск двигателя, то есть реактора серией – это не два и не пять, а минимум полсотни. Это в пробной серии. Они не могут себе позволить возводить новые цеха а то и предприятия ради единичных заказов. Вернее будет сказать, мы все не можем себе этого позволить. Помимо прочего Пентагон должен будет рассматривать успешную реализацию проекта, как кризисное явление, – Нордвуд изобразил кавычки. – "Кризисное" здесь не означает что-то плохое. Помните ту схему с рядом событий и исходов?
– Помню. Про серию этих штабных учений напоминали даже спичрайтеры, – ответил Оппенгеймер.
– В любом случае, мы или захватим главенствующую роль в процессе деэскалации, или успешно реализуем конверсию по собственному сценарию, – резюмировал Нордвуд.
– Скорее это будет конверсия, – ответил Оппенгеймер.
– Одно другому не мешает. Из этих кирпичей, я имею ввиду компоненты сценариев, можно составить что угодно, – ответил Нордвуд, прекрасно знавший о видении Оппенгеймером будущего всего Военного Процесса. Президентом Оппенгеймером, давно уже отвергнувшем какие бы то ни было планы заключения классического мирного договора.
Глава 11.
Тренировочный лагерь.