После пропускного пункта было два варианта — пойти в бокс к автомобилю или пройтись пешком по направлению к офису, расположенному в высоком многоэтажном здании, когда-то задумывавшемся, как административно-бытовой комплекс, один из бесчисленных на этом несуразном так и не заработавшем предприятии.
Не долго думая, Завирдяев решил выбрать пеший вариант — так агенту было бы легче выйти с ним на визуальный, а затем и коммуникативный контакт.
Пройдя пропускной пункт, Завирдяев увидел, что на скамейке, установленной под навесом сидел какой-то человек. Там, в этой курилке нередко кто-то мельтешил, но как правило все эти рабочие, все эти дворники и водопроводчики, ошивались там днем, а не в восьмом часу.
Человек непринужденно встал и направился к Завирдяеву. Подойдя, он молча протянул руку. Завирдяев также не произнес ни слова. Со стороны все выглядело так, будто двое знакомых встретились по какому-то делу.
— Придется пешком пройти, — произнес незнакомец. Это было первое, что он произнес.
— Ну раз придется, то идемте.
Разумеется, пошли они не к административному корпусу, а к выходу с территории.
— Ну и крепость, — начал болтовню незнакомец, — Я, надо сказать, это все наблюдаю изнутри не впервые. Раньше сюда можно было запросто пролезть. Когда молодой был, лет тридцать назад, мы тут часто лазили.
— Вы отсюда, местный?
— Да, можно и так сказать. Когда-то хватило ума уехать, еще до Суперфедеранта. Потом вот приехал. Сейчас вот сюда заглянул. Ничего особо-то и не изменилось. Правда, надо признать, порядок здесь стали поддерживать. Не то что в прежние годы. «Здесь» — это здесь, в промышленном городке. В цитадели, как мы его называли.
Агент продолжил ничего не значившую болтовню, рассказывая, как он, будучи тридцать лет назад молодым шалопаем-студентом рыскал здесь, в кое-как охраняемых лабиринтах, играя в спецназ.
Было ли это правдой или его выдумкой, сказать было сложно, да что там, невозможно.
Наконец, они дошили до внешнего пропускного пункта, миновали его и оказались перед входом на широченную, освещенную высокими мачтами площадь-автостоянку, в редкие дни заполняемую хотя бы на треть.
Когда большая часть площади была пройдена, незнакомец указал на темно-серебристую «вольво», за рулем который отчетливо просматривался ожидавший человек.
Подходя к передней двери, на которую недвусмысленно указал из-за стекла водитель, Завирдяев бросил взгляд на раскинувшиеся в низине одноэтажные кварталы. Тут ему показалось странным отчего несомненно обязанные знать толк в конспирации люди не выбрали место для ожидания где-то на тех улочках, а встали под камеры. Ну пусть даже не под сами камеры, но наверняка они сейчас отметились на каком-то заднем плане. Так или иначе, умничать было не с руки.
— Как дела? Как настрой? — довольно жизнерадостно поинтересовался водитель. — Много наслышан о вас.
— Неужели? — в тон настрою водителя ответил Завирдяев.
— Не обращайте внимания, — послышался с заднего сиденья голос Агента. — Он скорее всего вас по телевизору видел.
— Такое было и не раз, — согласился Завирдяев. — Я только не думал, что кто-то это смотрит.
— Да вы что! — ответил водитель, уже выруливавший со стоянки. Это моя обязанность.
— Что?
— Ну как же. Сейчас за рулем лучший таксист Кузнецкого Края а то и больше, — он хлопнул ладонями по рулю, — Я должен быть в курсе событий, так что вот.
Сидевший сзади агент пробурчал что-то недовольно-матерное.
— Лучший таксист, ты с дорогой определился? — добавил Агент.
— Все уже выбрано. Маршрут построен, — отозвался водитель.
— До объекта есть две дороги, выбор по текущей обстановке, — пояснил водитель Завирдяеву. — Видите, впереди едет джип?
— Да, вижу и что? — ответил Завирдяев.
— Тоже наши люди, так что все под контролем.
Машина устремилась прочь из города, на восток. Где-то справа замелькали огни самого престижного, расцветшего за годы Суперфедеранта района, который Советы в лучших традициях своей безвкусицы назвали «космическим».
Вскоре огни отплыли куда-то вдаль и исчезли. Темнота захватила полное господство. Одно было хорошо — никакого дождя, типичного для сезона, сейчас не было.
— Так, — оживился агент. — Мне выходить пора.
— Верно, — отозвался водитель и начал сбавлять скорость.
Только когда Агент начал вылезать, Завирдяев заметил, что в руках он держал M-116, по-видимому припрятанную до этого не то на полу, не то еще где.
— Ну, папаша! — обратился он к Завирдяеву, — Желать удачи — плохая примета, — он приподнял вверх сжатый кулак.
Завирдяев как смог повторил жест и молча кивнул. Задняя дверь захлопнулась и машина двинулась вперед.
— Папаша! — усмехнулся Завирдяев.
На вид, да и по описанным похождениям тридцатилетней давности Агент был старше Завирдяева. Неясным было лишь «чуть старше» или просто «старше».
— Это у него приколы такие, — ответил водитель, мотнув головой, будто изображая раздражение. — Вообще, если говорить серьезно, то я не в первый раз имею дело с людьми, проходящими все это… ну то, что связано с нейрочипами.
— Вот как?!
— Да. Вам не следует удивляться. Должен сказать, у вас все проходит довольно чисто.
— Чисто?