А есть еще планеты вокруг других, дальних, звезд и там тоже люди. И вот там, разумеется, ни России ни Советской Страны ни США ни Рейха нет. А еще если вы вдруг подумаете, что я динозавров застала, то это не так — как физический объект черная дыра это одно, а вот как там разумное начало селиться — это совсем другое. Я и сама не знаю как. И про черные дыры-то не знала бы. Но есть другие как я, которые в определенной мере подсказывают, пусть и очень неявно и ненавязчиво. Есть люди — у них наука и все остальное. Я только имею ввиду нормальную науку, а не этих ученых в погонах которые сверхъестественным занимаются.
— После всего, что вы мне продемонстрировали вы критикуете тех, кто занимается сверхъестественным, как вы это назвали, — нервно усмехнулся Завирдяев, — выглядит несколько курьезно.
— Ничего противоречивого в моем к ним отношении нет. Как к ним по-другому относиться, если это шарлатаны сплошные?
— Все шарлатаны или может все же нет?
— Все абсолютно. Обустроили себе кормушку, и живут за счет этого. И ведь выдумали все это, всю свою несуществующую науку. Простой человек, если поспрашивать, редко позволит себе усомниться в том, что если не все, то часть из этого обоснована. А это даже не алхимия — те хотя бы в своем стремлении получить золото что-то нужное придумывали и что-то действительно открывали. Здесь полнейшее болото.
Экстрасенсы у них попадание вражеских ракет предсказывают. Меня от этого вдвойне коробит и не знаешь смеяться или за голову хвататься. Знаете почему? Я-то как раз… она усмехнулась, Я-то как раз могу.
— Можете почувствовать, что враг запустил что-то.
— Не много по-другому. Я могу знать, что это что-то прилетит. Здесь тоже есть кое-какие оговорки. Насчет времени. Путешествия во времени не возможны, по крайней мере никогда про такое не слышала и не видела, но вот видеть, как бы это сказать… немного впереди своего носа — это да. Я имею ввиду во времени.
— Черные дыры вроде бы с темой времени как-то по особому связаны, — произнес Завирдяев.
— Да-да, это как раз на эту тему. Но без машины времени.
— Так вы бы обратились к нашим ученым, ну к тем, кого вы только что ругали, в погонах, и их деятельность приобрела бы какой-никакой смысл. Или к обычным «научным» ученым. Или вы видите в них опасность для себя?
— Нет в них никакой опасности. А вообще…Зачем мне они? Пусть занимаются своей дрянью и дальше. Я про оккультистов. С «научными», как вы сказали, учеными я иногда вступаю в разговор.
— Вам наверно на нас наплевать. Так ведь? Ни во что не вмешиваетесь. Ракеты летают, падают… План вот этот, про который вы рассказали. Война. А до этого тоже войны были. Ладно сейчас все действительно сложно, но двести лет назад. Почему же того же Гитлера в его командном центре никто не прирезал или не пристрелил? Или еще раньше, когда первая мировая война была. Хотя раз уж так, если вы ничего сами из этих потрясений не устраиваете, то ваше право… Хотя я бы вмешался.
— Если бы мне было совсем наплевать, то меня бы с вами здесь не было, — ответила Ландскрихт. Насчет того, что вы бы вмешались… Что-то бы конечно получилось, но вы бы сами потом на это «что-то» смотреть бы не захотели. Так всегда. В масштабах одной человеческой жизни это не так бросается в глаза, я имею ввиду по прошествии нескольких десятилетий, а потом все развивается, и когда понимаешь, что это твоих рук дело, то… как говорят, «Лучше не лезь если без тебя все как-то работает».
В прошлом, кстати, тоже все сложно было. Ну сейчас конечно человечество немного вперед ушло и кое-то добавилось — например, интернет и AI, но эта схема всегда была сложной а не так, что убили главного злодея или разбомбили штаб, и все стали хорошими. Когда были свастиканты то они были потому, что был запрос. Каждого переубеждать что ли? Даже сейчас AI и интернет такое не смогут, хотя сейчас есть индивидуальные подходы и все такое. А в прошлом… Гитлера бы убили, особенно до того как, он стал самим собой — так на замену бы появился супергитлер. Какой-нибудь менее эмоциональный, Более расчетливый и здоровый как бык. Как прошлый президент США, уж Оппенгеймера я не буду сравнивать. Он все же не такой.
— Сравнили тоже, — усмехнулся Завирдяев, — а кстати, с антиамериканскими настроениями как? Насколько я понял, они, наши боссы, исходят из того, что с ними, с этими настроениями, удастся полностью покончить?
— Да ведь они уже сошли на нет. К тому же, если все удаться, то Оппенгеймер или Харлингтон станут последними президентами США в том виде, в котором страна и должность существуют сейчас, и они об этом знают. Но эта формулировка только звучит так угрожающе. Они воспринимают это в положительной коннотации, хотя скажи это такими словами в массмедиа, — был бы не желательный резонанс. Такие вот тайны американского двора. Впрочем это мелочи.
— И что вы собираетесь предпринять? Вы же что-то собираетесь предпринять?
— Собираюсь. Этот недобрый Титаник, образно выражаясь, также разобьется об лед.
— А люди? Или вам…