Тут еще такой момент, что рациональность может быть разной. Просто единого подхода нет. Коммунисты пожелавшие вытянуть всех из дремучего мрака на один приемлемый уровень тоже по-своему были рациональны. Просто человеческую природу не учли и упали мордой в грязь. Во второй раз уже особо и не старались. Про второй раз вам сказать, что я думаю и знаю? Это был по большей части ручной проект Запада. Запад и первый-то Союз был не прочь сохранить.
Ладно, это ерунда. В общем какой-то единой рациональности нет. То, что получиться у вашего Западного Мира — это что-то вроде кочующей по солнечной системе орды. Удивительно, как все это проявляется там, где не ждешь. Кстати, все эти Чингисханы не были частью Азиатского Мира в том понимании, как мы сейчас его знаем — они его точно так же завоевали, как и вашу Россию, ну те народы, которые тогда на вашей территории жили.
— Так хотя бы Азиатские нации не захватят мировое господство. — наконец оживился Завирдяев. — Может, будет лучше если мы создадим все эти корабли и будем кочевать по планетам? Высокие технологии, все такое.
— Не велико утешение. Оставленные на Земле будут влачить жалкое существование в условиях постоянной опрессии, и при этом будут небожители, которые будут делать, что им заблагорассудиться. Это с одной стороны, А с другой, — Ландскрихт недобро усмехнулась, — это как раз позволит мне чувствовать себя несколько более раскованно, если я буду защищать эту униженную Землю. Дело ведь будет происходить в космическом пространстве…
— Вы о чем? — чуть встревожился Завирдяев.
— О том, что это уже попроще, чем разрезать и сшить бактерию. Если бы была у меня сейчас в руке алюминиевая банка, — она вытянула перед собой руку, так чтобы Завирдяеву было видно, и изобразила будто, держит в руках эту самую жестянку. Представьте что есть.
— Хр-рясь и все, — довольно недобро улыбнулась она. Чем больше корыто, тем веселее, — можно жгут из солнечных частиц собрать или возмущение сделать — это не гравитационная волна, но вроде того. Плюс-минус тысяча километров, какая разница. От Земли и других планет далеко, так что можно.
— Вот как? А злодеи точно они?
— Послушайте, господин Завирдяев, я вам тут целое выступление прочла. Вас это не убедило?
— Вы начали с разных секретов и подтверждения конспирологии, продолжили планами наших, как вы их назвали, боссов, а потом перешли на какие-то сказки, хорошо, фантастику про освоение планет, и что это плохо. Выглядит так, будто вы просто хотите не пустить человечество в космос.
— Ну как сказать… Просто не по такому сценарию. Но я и предприятия Ассемблера хочу в целости и сохранности оставить. И уж реакторы тем более. У вас, кстати все не так уж плохо — вы освоили термоядерную энергию и успешно ей пользуетесь. А представьте, у вас до сих пор бы все на нефти работало. А потом она везде заканчивается и все. Просто все. Один уголь и дрова. Еще плотины. И где-то чуть-чуть ядерного топлива, которое еще надо добыть и обогатить, а не чем. Ну где-то старое останется, потратят и все.
— Значит, не все так уж с нами, людьми, плохо. Наука, технологии, промышленность… Может и будущее, которое запланировано, не так уж мрачно?
— А вы знаете, как представлялось наше время лет сто назад? Ну вы же, как любой нормальный человек наверняка пересмотрели кучу старых фильмов. Вот были первые части «терминатора». Там кроме путешествий во времени была военная система, как наш интерлинк, штабы и среда боя вместе взятые. Только там конечно они, эти машины, восстали. Но в целом предвидели же люди всю эту тотальную цифровизацию? Предвидели.
А еще была куча сюжетов, где людей клонировали и обращались с ними, как с мясными и колбасными изделиями. Моральное несоответствие вообще никого не смущало, я имею ввиду зрителей.
— Так это же просто художественные фильмы. Вы сейчас просто хотите к чему-то придраться.
— Нет, эта ваша наука могла пойти не в ту сторону и пойти очень далеко. Знаете почему этого нет?
— Почему?
— Кто-то этих ученых время от времени выводил из… — она усмехнулась, — из работы и вообще из жизни. Такая санитарная… Уборка в своем доме.
— «Кто-то» — это Халдорис Ландскрихт?
— Да, — весело ответила Ландскрихт. Но вообще, я их не убивала.
— Понятно. Просто рядом стояли.