После обзора картин и рисунков я вернулся в Джон Хьюс Хаус с очень хорошим впечатлением о выставке и начал размышлять, как было бы здорово, если бы кто-либо из прессы написал о наших художниках и их творениях. Те, кто был в бельевой, сомневались, что кого-то заинтересует такое незначительное событие, как наша выставка в доме Святой Маргариты на 49 Фултон-стрит (дом Святой Маргариты на 49 Фултон-стрит - это дом для престарелых). Какое счастье я испытываю сейчас, когда я читаю статью о нашей выставке не в "Дэйли Ньюс" или "Нью-Йорк пост", а в "Нью-Йорк Таймс". Статья Дэйвида Гонзалеса под заголовком "Painting His Way Out of a Corner" отражает смысл свободы искусства и кратко описывает стили и достоинства картин и рисунков художников Джон Хьюс Хауса. Для нас, работников этого приюта, наши художники - конкретные люди, с которыми мы общаемся, обмениваемся своим мнением, точкой зрения, обсуждаем проблемы, соглашаемся или не соглашаемся по тем или иным вопросам. Мы можем даже сказать об особенностях некоторых из них: Филлип Соломон наделён тонким чувством юмора и представляет собой великого комика; Ноуа Клемонс одержим увековечиванием своего имени повсюду: на стенах здания, где размещается Джон Хьюс Хаус, на мусорных баках, на каждой своей вещи; монгол Батсайхан Пурведжиин - прекрасный художник, великолепно владеет русским и английским языками, но предпочитает говорить со мной только по-русски. Знаменательными событиями в 1998 году явились первое ежегодное шоу талантов и мод Джон Хьюс Хауса летом 1998 года, весенний и летний выпуск газеты Джон Хьюс Хауса, а также десятинедельный летний муниципальный фестиваль "Русские ритмы", который проходил в Троицкой церкви. Фестиваль "Русских ритмов" на Бродвее начался 2 июня и закончился 3 сентября 1998 года. Джейн Брукс и Уэнди Уорлик дали мне десятидневную программу фестиваля. Джейн организовала мой обеденный перерыв на час дня, так чтобы я мог ходить на концерты во время своего обеденного перерыва, не отмечая компостером время ухода на обеденный перерыв и прихода после него.
Шоу талантов и мод Джон Хьюс Хауса было потрясающим. Эмиль Сиконе открыл шоу как ведущий, затем стали появляться исполнители. Как один из клиентов написал в газете нашего приюта, исполнители отличились разнообразием талантов. Первая часть представления была посвящена показу мод. За месяц до шоу я выбрал одежду для дам и кавалеров, а также украшения и передал их Уэнди Уорлик, которая была координатором шоу. Вещи были разных стилей, так как они были пожертвованы людьми разных модных течений и эпох. Моделями были наши умственно больные клиенты, и их выходы были смешные, потому что они никогда раньше не выступали моделями. Их движения выглядели неуклюжими, многие модели казались грузными или поворачивались слишком быстро. Ведущий объявлял стили, и модели меняли друг друга. За моделями последовали таланты. Среди талантов выявились танцоры, певцы, декламаторы и музыканты. Меня больше всех поразил один из чтецов стихов по имени Райан Сэнд. У него была очень длинная поэма, которую он читал в весьма быстрой манере, постоянно размахивая левой рукой. В поэме звучали пессимистические ноты о молодом здоровом бездомном человеке, который вынужден был проводить своё время на улице и который чувствовал отверженность обществом, которого избегали богачи и от которого отказались родственники. Райан Сэнд в своей поэме жалуется на ненависть в этом мире и предсказывает ещё худшие времена без надежды на лучшее. Не получив никакой вузовской степени, считая себя ниже других в обществе, поверженный в депрессию, Райан ищет облегчения для своих душевных страданий в наркотиках и алкоголе. Он считает дни до двадцати девяти лет, чтобы осуществить своё намерение - умереть в этом возрасте. Поэт был чернокожим парнем двадцати двух лет, высоким, стройным, с большими чёрными глазами, очень красивым лицом и стеснительной улыбкой. Райана практически не было видно в приюте, он приходил в Джон Хьюс Хаус лишь без четверти одиннадцать вечера. Он ни с кем не общался; никто не знал, где он проводит дни. В приюте после принятия душа он надевал оранжевый халат и такого же цвета бандану. Поведение и манера держать себя создавали вокруг него некую харизму и загадку, как будто у него было многое сказать и показать, но его внутренние силы и воля сдерживали его от этого. Райан был очень спокойным, никогда не хвастался своим поэтическим талантом, и я даже не мог вообразить, что парень обладал такой хорошей памятью, чтобы декламировать поэму так быстро в течение добрых пятнадцати минут. После его выступления я оценил талант Райана и вслух предположил, что его торопливость в декламации поэмы и жестикуляция левой рукой были вызваны его стеснительностью. Молодой поэт усмехнулся на моё предположение и наградил меня широкой улыбкой. Райан покинул Джон Хьюс Хаус 1 сентября 1998 года. Его мать прислала ему деньги на билет в Детройт, и он уехал к ней.
