Тем временем центрифуга затихла. Аккуратно сняв пипеткой жидкость над образовавшимся осадком, Ирина поместила осадок в канюлю спектрофотометра. Аппарат работает очень быстро – современная модель. Еще минута и будет предварительный результат. А вот и распечатка: неорганическое моновещество, среднемолекулярной массы – явно не витаминный коктейль. Препарат какой-то, может милдронат? Хотя его Сергей обычно принимал в капсулах, за час до тренировки. Все-таки потребуется углубленный анализ. Еще 20 минут она провозилась с подготовкой к работе главного анализатора и загрузкой образца. Этот агрегат – гордость лаборатории и всего университета, таких в США всего шесть, а во всей Европе – четыре. Он дает возможность с достоверной точностью расшифровать формулу любого вещества как органической, так и неорганической природы. Ирина работала в основном с животными белками-аллергенами. Анализ такой сложной молекулы мог продолжаться до нескольких месяцев, но итоговое значение получаемых результатов было просто грандиозным. Каждая подобная расшифровка, имевшая поначалу прикладное значение, давала старт новому научному направлению, обеспечивающих работой целый штат лабораторий на пять, а то и десять лет вперед.
Ирина запустила анализатор с образцом под кодовым названием «Эвиан». Сейчас аппарат осуществит предварительные расчеты и приблизительно вычислит итоговое время анализа. Скорее всего, оно будет не очень продолжительным, – подумала Ирина. Средняя молекулярная масса, моновещество, неорганика – за сутки должен справиться. Набор цифр на мониторе появился достаточно быстро – ничего нового из информации о веществе. А вот и время анализа – 21 час 44 минуты.
– Прекрасно, – подумала Ирина. К утру анализ будет готов!
Она встала, сняла лабораторный халат и повесила его в шкаф у выхода. По дороге заглянула в кабинет Джона.
– Сутки у меня есть, шеф? К утру он закончит.
– Конечно да, заявок на до конца текущей недели не было.
– Спасибо. Я утром заскочу, посмотрю результаты. Ты не будешь возражать.
– Конечно нет. Как посчитаешь нужным. А что ты все-таки задумала?
– Не буду пока говорить, чтобы не сглазить! – Бросила дежурную отговорку Ирина. – Выгорит, обязательно расскажу! Ладно, я поехала в госпиталь. Предупреди ребят, чтобы не дергали «Этериум». Я сама все сверну завтра утром. Окей?
– Обязательно предупрежу и проверю его работу перед уходом. Не переживай.
Джон Крег посмотрел вслед удаляющейся Ирине. Или идею сумасшедшую опять родила, или чего-то не договаривает. Муж в больнице, а она прилетела. Научный фанатизм или женская хитрость? Посмотрим…
***
В блоке интенсивной терапии Ирину встретила Глэдис. Стройная мулатка еще при первой встрече произвела на нее хорошее впечатление и было очень приятно увидеть ее вновь. Аккуратная, хваткая, без лишних слов и движений – весьма грамотная сестричка. На часть вопросов, которые поставил Валентин, можно получить ответы у нее, чтобы не перегружать беседу с доктором Харрисом. Видимых изменений с Сергеем не произошло. Внешний вид такой же. Как и вчера.
– Доброе утро, Глэдис. Рада вас видеть. Как у нас дела? – Спросила Ирина.
– Я приняла смену утром, пару часов назад. Ночь прошла относительно спокойно. Несколько раз были непроизвольные движения.
– Скажите, а зрачки у Сергея узкие и реагируют ли они на свет? – Ирина задала вопрос, который интересовал Валентина.
– Зрачки узкие – 4-5 мм, умеренная фотореакция есть. Смесь, которую мы вводили в зонд он почти полностью усвоил – остаток ее минимальный. Что еще сказать. Был нормальный стул – кишечник работает. Никаких изменений со стороны сердечной деятельности и дыхания не было.
– А как температура? – Поинтересовалась Ирина.
– С тенденцией к снижению, – сообщила Глэдис. Всего 2 подъема за сутки и оба легко купировались. Вы можете пока побыть вместе и пообщаться. Ближайшие 25-30 минут мне не нужно выполнять никаких назначений.
Она деликатно отошла, присела за рабочий стол и занялась внесением текущих данных в медицинскую карту пациента – не стоит мешать супругам общаться.
Ирина присела на стул рядом с кроватью и взяла Сергея за руку. Ей показалось, что звуковой ритм пульса несколько изменился. Она глянула на табло монитора и отметила текущую цифру сердечных сокращений – «82 в минуту». Ирина слегка сжала кисть Сергея, непрерывно наблюдая за показателем и он ответил увеличением – уже «88»!
Она тихо произнесла: Сережа, ты слышишь меня? И еще раз повторила пожатие. Ответ не замедлил последовать – на мониторе «96 в минуту», да и дыхание несколько участилось. Глэдис, заметив учащение звукового сигнала, оторвалась от бумаг и подошла к Ирине.
– Как вы думаете, он меня слышит?
– Скорее всего, нет. Наверное, отвечает на тактильный раздражитель. Вы пожимали ему руку?
– Да. – Ответила Ирина.
– Я тоже отмечала это учащение пульса и дыхания, когда выполняла медицинские манипуляции и перестилала постель. – Подтвердила Глэдис. – Такое бывает. Доктор Харрис просил мне напомнить вам, что он хочет переговорить. Когда закончите, зайдите к нему в кабинет.
