Специализирующийся на стратегических исследованиях американский научный институт «РЭНД корпорейшн» выпустил монографию «Телевидение и человеческое поведение». Ее авторы изучили более 2500 книг на эту тему, проанализировали результаты опросов общественного мнения и сотни телевизионных программ. «Среди детей и подростков,— говорится в монографии, — телевидение приобрело в воспитательном отношении большее влияние, чем родители и школа, а среди взрослых стало главным источником информации, который определяет их общественное поведение». Ученые из «РЭНД корпорейшн» в своих выводах идут еще дальше — они усматривают в телевидении даже «обещающую» возможность «массовой психотерапии». До нее дело пока еще не дошло, но стремление к такому сомнительному «идеалу» четко просматривается. В бесконечном потоке самых разных телепрограмм при внимательном их рассмотрении обнаруживаются общие пропагандистские тенденции, претендующие на массовое внушение, на «массовую психотерапию». Например, американское телевидение весьма упорно вдалбливает своим зрителям мысль о неполноценности небелых граждан США. Делается это весьма целеустремленно. Было проанализировано 5600 (!) героев телевизионных передач, они представляли национальные меньшинства США — негров, пуэрториканцев, выходцев из Мексики — «чиканос». Оказалось, что подавляющее большинство из них были показаны трусами, дикарями, злодеями. И, разумеется, им противостояли благородные и смелые белые американцы, в основном полицейские и шерифы, то есть представители тех самых карательных органов, которые стоят на страже интересов белой Америки.
Среди наиболее употребляемых пропагандистских приемов есть и такой: утопить существо проблемы в лавине связанных с ней мелочей житейского, скандального толка, то есть тем самым скрыть ее социальные корни, оставив в распоряжении читателя или зрителя то, что лежит на поверхности. Об этой характерной черте пропагандистской деятельности то же самое говорит, например, телевизионный критик Р. Собел:
«Когда-то ветеран американской радиотележурналистики Эд. Морроу читал сообщения из студии, используя лишь фотографии. Теперь в распоряжении У. Кронкайта (известного телекомментатора.— В. Д. ) кино и видеопленки практически из любой страны мира. Но изменилась техника, а не содержание. Почему американским телезрителям и сейчас ничего или почти ничего не сообщают об отдельных странах, а о других, наоборот, твердят день и ночь? Не парадоксально ли, что американские телезрители знают подробности семейной жизни А. Садата и М. Бегина, однако не могут перечислить половины названий молодых стран Африки или Азии?»
Здесь не зря названы А. Садат и М. Бегин. Псевдо-драматические подробности их якобы сенсационного личного сближения создали в прессе и на телевидении плотную завесу, за которой предаются интересы палестинского народа, снова за демагогическим треском и шумом скрывается социальная суть проблемы. Буржуазные средства информации способны «провернуть» любую пропагандистскую кампанию, при этом они всегда четко придерживаются своей генеральной линии, которая неплохо охарактеризована в американской книге «Расфасовывание новостей»: «Цель невзыскательно подбираемой информации — гарантировать, чтобы все люди, читающие газеты, находились таким образом под влиянием информации и комментариев, ежедневно поглощаемых ими. Из этого следует, что они будут думать одинаково и им будет навязываться одно и то же представление о «национальных интересах», которые надо защищать. Суть этих «национальных интересов» разъясняют им руководители синдикатов и собственники газет, которые отождествляют финансовые интересы своей группы с национальной политикой, тем самым защищают эти интересы, в том числе и капиталовложения в огромные заводы военных материалов».
Действует ли такая пропаганда на американца? Увы, действует. В этом убеждаешься, когда ездишь по Соединенным Штатам, встречаешься и беседуешь с американцами. Незнание ими действительного положения дел в нашей стране восполняется дезинформацией. И главную роль в этой дезинформации играют такие стереотипы, как миф о «советской угрозе» или о том, что «красный — значит плохой!». Чем меньше знает американец о Советском Союзе, тем прочнее для него эти стереотипы. Когда в беседах с ним приводишь факты, которые от него скрывались, он просто теряется. Ему трудно представить, что при такой с виду широкой информации (телевидение, пресса и т. п.) он может о чем-то не ведать.
