Но утомление не оставляло его. В голове крутились какие-то обрывки мыслей и воспоминаний, где машущая рукой Деб соседствовала с любителем пива у ларька, а Сергей, отчего-то в полном снаряжении и с крупнокалиберным пулеметом прыгал с девочками через скакалку.
Наконец, сон снизошел.
* * *
Был теплый вечер, когда Ник с сумкой легко выскочил из гостиницы. Телефона у Сереги не было и предупредить о времени приезда Ник не смог, но решил положиться на удачу. В это буднее время все либо уже пришли с работы, либо вот-вот придут.
На стоянке машин было несколько такси. Ник сел в первое попавшееся и назвал адрес. Водитель понуро повез, счетчик, впрочем, не включил. Автомобиль громыхал, проваливаясь в ямы и перебираясь через трамвайные рельсы. Ник внутренне удивлялся, как он до сих пор не развалился, но мысли эти его не расстраивали. Настроение было прекрасное: вот сейчас он встретится со своим другом. С единственным другом. Никто из их подразделения больше не выжил,—так писал ему Сергей. Сам он, получив осколок в область плечевого пояса, лежал в госпитале, поэтому в тот рейд не попал. А Ник попал.
Он не хотел вспоминать, как они по-детски попали в прекрасно организованную западню, как их стали поливать огнем с главенствующих высот, как заполыхал танк в арьергарде, заперев всю группу в ущелье. И можно было прорываться только вперед. Как потом выяснилось, прорвался только головной БТР, да и то только для того, чтобы тут же подорваться на мине. Больше Ник из той жизни ничего не помнил, дальше шел плен.
Странно распорядилась их жизнями судьба: осколок тот Сергей получил, вытаскивая Ника из подбитого вертолета. Но Ник через два дня был свеж и здоров, а Сергей залег в госпиталь месяца на три. Ник тогда переживал, что из-за него друг так подставился, но потом получилось, что только благодаря тому ранению Серега и спасся.
Машина петляла по сужающимся улочкам, подбираясь к окраинам. Ухабов становилось все больше, зато больше стало и зелени: повсюду росли в беспорядке деревья, лохматые кусты драпировали обшарпанные подъезды.
Ник не знал, где живет Сергей. Он никогда не был у него дома-—так получилось, что хотя они и жили «до войны» в одном городе, но знакомы не были. Поэтому Ник с любопытством смотрел вокруг на симпатичные холмы, на которых расположился жилой массив совершенно несимпатичных «хрущевок». Сам он жил в Другом районе, но туда,—на этой мысли он случайно поймал себя,— ему даже заглядывать не хотелось. Не хотелось видеть ни продувную, голую территорию завода, ни общаги, ни тогдашних своих знакомых.
Наконец машина визгливо притормозила, чихнула пару раз и встала, неровно урча простуженным мотором. Ник хотел было сказать водителю, что мотор «троит», но передумал. Молча, не торгуясь, расплатился и вылез, прихлопнув дверь.
«Ну, вперед, красноармеец!» — скомандовал он себе с интонациями Деб. Откуда она взяла этого «красноармейца» Ник не знал, но ему нравилось.
Радостно возбужденный, Ник быстро поднялся на четвертый этаж «хрущевки», подивившись выбитым стеклам и отечественным граффити, украсившим стены мешаниной из «Ленка дура» и «Depech Mode».
Сверился напоследок с бумажкой, на которой был записан адрес, и позвонил в обитую черным дерматином дверь. Подождал. Позвонил еще раз. За дверью раздались тихие шаги и мелькнул отсвет в «глазке». Ник понял, что его разглядывают и улыбнулся.
— Кто там? — спросил приглушеный дверью голос. Чудно, но вопрос поставил Ника на мгновение в тупик.
«Действительно, кто я? Как объяснить? Может, я вообще не туда попал?»
— Простите, а Сергей здесь живет? — наконец спросил он.
— Вы один? — вместо ответа спросил голос.
— Да.
Щелкнул замок, и дверь приоткрылась на длину накинутой цепочки.
В полумраке подъезда Ник увидел бледное лицо девушки с безразличными глазами.
— Здравствуйте,— он не смог сдержать улыбки.— Вы Сережина жена?
— Да,— неожиданно сухо ответила девушка,—Была. А вы-то кто?
— Я Володя Никифоров, Ник. Он вам наверное рассказывал. А почему «была»? Он что, не здесь живет?
Девушка смотрела на Ника без всякого выражения. Повисла пауза. Наконец, с видимым усилием, она спросила:
— Вы из Америки?
— Да,— согласился Йик. Наконец что-то-стало проясняться и-его идентифицировали.— Можно мне. войти?
— А зачем? — ровным голосом спросила девушка, но все-таки откинула цепочку и пропустила Ника в прихожую. Только тут он заметил, что она беременна.
— А где Сергей? — спросил Ник оглядываясь. Маленькая прихожая, полки с вещами, половичок, подслеповатое зеркало на стене, фотография с какой-то картины в рамке...
— Вы еще ничего не знаете? — тихо спросила девушка.
— Чего не знаю? Я прилетел утром, выспался и сразу сюда. Что случилось?
— Сережи больше нет,— тусклым голосом сообщила девушка.— Поэтому я и не жена больше. Я теперь вдова.
Ник не смог сразу понять ее слов, но что-то внутри него сразу же напряглось, отреагировав на настоящую опасность. И вновь началось подсознательное сканирование ситуации: что-то страшное. Что? Девушка? — девушка не страшная, одна ли она?—тихо, совсем тихо в квартире, она одна.
