— Мы отправляемся на пикник, на речку, — не задумываясь сообщил Маккормак.
— Пикник? — Лицо Арчи вмиг опечалилось. Он явно предпочел бы пикник приему в честь собственного бракосочетания. — Какая чудесная мысль! — И тут же решительно добавил:
— Вам надо захватить с собой кое-какой провиант. Сейчас я распоряжусь приготовить вам что-нибудь со стола. — Арчи махнул рукой крепкому старому слуге в ярко-алой ливрее дома Малмсбери:
— Вортингтон! Нам срочно нужна большая корзина с крышкой. Сходите на кухню и принесите. И еще салфетки и два бокала, — добавил он, поразмыслив.
Вортингтон немедленно отправился исполнять поручение. Герцог испытующе посмотрел на Катриону.
— Старина Ши — один из моих лучших друзей, — медленно произнес Арчи. — Старый школьный приятель. Позаботься о нем. Вы стоите друг друга, — загадочно шепнул в заключение Арчи.
Вскоре Вортингтон вернулся с корзиной, посудой и салфетками с монограммой.
— Вы не уточнили, ваше сиятельство, какие именно бокалы, и потому я принес ватерфордские полубокалы.
— Прекрасно, — одобрил герцог. — Просто прекрасно.
Арчи открыл корзину и повернулся к молодому поваренку, принесшему огромный серебряный поднос с копченой лососиной, разложенной на маленьких треугольничках черного хлеба.
— Уложите все в корзину.
Затем в корзину были уложены свитки спаржи, гусиный паштет, сандвичи и две бутылки шампанского.
— Боже мой, Арчи, — раздался требовательный голос герцогини. — Скажи, ради всего святого, чем это ты занят?
— Они собираются на пикник.
— Но они не могут забрать все это!
Ноздри герцога расширились и побелели.
— Дорогая, — с напускным спокойствием ответил Арчибальд, — это все еще мой дом. — Потом, обратившись к Катрионе и Ши, благословил их:
— Идите, дети мои. Хорошенько повеселитесь.
Они оставили «ягуар» в боковой улочке недалеко от моста Пьютни и отправились в расположенный на берегу реки Бишоп-парк.
Стоял великолепный летний полдень. Молоденькие домохозяйки все еще загорали, нежась на нагретой травке, старики сидели на скамейках и играли в карты или пили чай из термосов. Ши свернул в рулон свое тяжелое саржевое пальто и снял галстук, сунув его в карман.
Они снова шли под руку.
Катриона в обществе этого красивого незнакомца чувствовала себя молодой, легкомысленной и свободной.
Затем Ши развернул пальто и расстелил его под липой.
Они открыли корзину, откупорили бутылку и наполнили бокалы шампанским. Чокнувшись с Катрионой, Ши сказал:
— Будем здоровы! По-моему, здесь гораздо лучше, чем на свадебном приеме, не так ли?
В ответ Катриона усмехнулась. Все происходящее было похоже на чудесную сказку. Возможно, она никогда больше не увидит этого человека. Она ничего не знает о своем новом знакомом, ничего, кроме того, что было у нее перед глазами: мужчина чуть за тридцать, поджарый, атлетического телосложения, с ясными глазами и прекрасной улыбкой. Мужчина, каким-то непостижимым образом заставивший Катриону почувствовать себя счастливой.
— Вы, разумеется, замужем, — небрежно бросил Ши, глядя на обручальное кольцо Катрионы.
— Да.
— Счастливо?
Катриона промолчала.
— Думаю, что нет.
— Я не хотела бы говорить на эту тему.
— Ладно, — согласился Ши. — Не будем.
После минутной паузы Катриона не смогла удержаться от вопроса:
— А вы?
— Больше нет. Поговорим лучше о вас. Что вы едите по утрам на завтрак? Вы любите кислую капусту? Что может вас рассмешить? Где вы родились?.. Важные сведения.
Смеясь, Катриона перечислила ответы:
— Кукурузные хлопья с бананом. Нет. Сегодня — все. В Манчестере — мой отец был водопроводчиком. Он изобрел обратный клапан Скорсби. В газетах его называли Эрни — король унитазов… Это коробило мою мать, но папа гордился своим титулом. Что еще вас интересует?
— Вы занимались спортом в школе?
— Не особенно. Я никогда не играла в такие полезные игры, как теннис. Но я любила плавание, и я обожаю водить машину. Я — хороший водитель.
Ши согласно кивнул:
— Вы склонны к точности. Должно быть, вам легко давалась математика.
Макхормак сорвал длинную острую травинку и пощекотал ею щеку Катрионы.
— Да, верно, — подтвердила Катриона. — В школе говорили, что у меня организаторский склад ума. Мне кажется, это звучит ужасно скучно.
— А вам нравилось в школе?
— Да, — сказала Катриона. — Потому что там у меня было несколько очень хороших подруг. Мы до сих пор поддерживаем отношения.
Катриона не сказала Ши о Джесс и Гвиннет.
— Джесс — художница. Сейчас живет в Калифорнии, а может, уехала в Мексику. Гвиннет — топ-модель в Нью-Йорке. Она просто красавица, ее фото можно увидеть в любом журнале. Ужасно забавно, как все это получилось: раньше Гвин была дурнушкой, я бы ни за что не могла предположить, что она станет топ-моделью. Но Гвин сделала совершенно головокружительную карьеру. В точности, как предсказала ей Виктория, — почти мечтательно добавила Катриона.
— А кто это — Виктория?
— Еще одна моя школьная подруга.
— Рейвн? Вы имеете в виду писательницу? Репортера? — В голосе Маккормака вдруг зазвучал живейший интерес.
— Да. Вы читали ее статьи?
— Разумеется. — Ши помолчал. — А как она узнала о судьбе Гвиннет?
