— Мне пришлось дорого заплатить за каждую свою неудачу. Последний провал едва не стоил мне жизни. Он пришел в ярость… бил так сильно, что я на несколько дней оказалась прикованной к кровати.
Старуха испепеляла меня полным ненависти и какой-то усталости взглядом и продолжала упорно грести. Весло с громким хлопающим звуком ударялось о поверхность, скорее разбрызгивая воду, чем толкая лодку вперед.
— Он обещал убить меня, если и в этот раз не справлюсь.
— Кто он? — спросила я, отчаянно пытаясь вспомнить. Хоть что-нибудь.
И пусть ужасно не хотелось прокручивать в памяти нечто такое, но незнание могло стоить мне жизни. Я оказалась стоящей перед выбором: умереть в темноте неведения или жить со знанием, которое, вероятно, изменит меня навсегда.
— Он будет в ярости, — продолжила старуха, кивнув на мои волосы, — когда увидит, что ты с собой сделала. Он накажет тебя.
Я вздрогнула. Значит, все, что я видела, правда. Не искаженное восприятие действительности, не навеянные амнезией кошмары, а та часть моего прошлого, которой я так боялась.
— Так ты пыталась похитить меня? — уточнила я, вспоминая последнее нападение в больнице.
Она кивнула.
— Он хочет вернуть тебя. Ты принадлежишь ему.
Стало по-настоящему страшно. Взгляд заметался в поисках какого-нибудь оружия. Или способа сбежать. Может, просто прыгнуть в озеро?
Но стоило только представить, как темные холодные воды смыкаются над головой, тело мгновенно сковало паникой, а перед мысленным взором возникла та самая ночь. Ночь, когда я чуть не утонула в этом самом озере. Кто-то пытался меня утопить. Не вдова… фигура больше напоминала мужскую.
— Если он так сильно хочет меня вернуть, зачем старался убить? — дрожащим голосом спросила я
— Убить? — удивленно посмотрела на меня женщина и издевательски усмехнулась. — Он не собирался убивать тебя.
— Ты врешь! — крикнула я, бросаясь на старуху, но тут же снова завалилась на спину, заработав очередной удар тяжелым веслом. — Я помню! Он был там! — Я глубоко вдохнула, стремясь унять сердцебиение. — Когда пыталась вынырнуть на поверхность и глотнуть воздуха, он ударил меня чем-то твердым по голове, и я потеряла сознание.
— Вот как? — задумчиво произнесла вдова, размеренно гребя веслом, словно это не похищение, а всего лишь мирная воскресная прогулка. Она усмехнулась. — Ты все неправильно поняла. Ты нужна ему живой.
— Но я же помню… — возразила я, начиная сомневаться в себе. Внутри зашевелилось какое-то неприятное, темное предчувствие.
— Той ночью тебя действительно пытались убить, — протянула она, создавая еще большую путаницу у меня в голове.
— Кто? — потребовала я.
Немигающий взгляд темных глаз остановился на мне.
— Ты, — просто ответила она. — Ты пыталась покончить с собой.
Стало трудно дышать, в груди заболело как от сильного удара, тело оцепенело и безвольно опустилось на дно лодки.
Я лежала и смотрела на небо, бесконечное, чернильно-черное без единого проблеска света. В голове один за другим вспыхивали страшные образы, выстраиваясь в четкую последовательность событий и раскрывая мне ужасную и тревожную картину, достойную второсортного фильма ужасов.
Я словно наяву видела ночь, когда пыталась убить себя.
