Пусть и короткий, рассказ дался Бэллу нелегко, забрав последние остатки сил. Признаваться в собственной слабости и несостоятельности оказалось неимоверно тяжело, особенно Нэйтану. В памяти хоть и всплывало что-то мутное, невнятное и вроде как знакомое, а в груди отчаянно щемило и екало при каждом взгляде на мужчину (когда тот оказывался слишком близко или касался его, с парнем вообще начинало твориться что-то непонятное), МакКалистэр оставался для Бэлла незнакомцем.
Все, что Крис знал, было только имя. Нэйтан МакКалистэр. Оно внезапно всплыло в голове несколько дней назад, и в первый раз всколыхнуло такой вихрь разнообразных эмоций, что Кристиан едва не задохнулся, потерявшись в этом шквале. И чего там только не было: и злость, и желание, и даже ненависть, но сильнее всех была острая, болезненная потребность увидеть его как можно скорее.
Смешно, потому что Крис не помнил, как выглядит этот человек. Все, что у него было – это зыбкий образ. И уже от тех людей парень потом узнал, что он «подонок, совративший Бэлла еще в школе, обманом вынудивший его отказаться от семьи и вообще основательно задуривший ему голову, а потом даже ни разу не пришедший в больницу его проведать».
Крис, конечно же, им не поверил хотя бы потому, что уже несколько раз поймал их на лжи. Сначала они утверждали, что Нэйтана МакКалистэра никогда не существовало в природе. Потом, что в той аварии повезло только Крису, а он умер. Чуть позже они начали заливать, что Нэйтан ублюдок и вообще о нем нужно забыть. В общем, благие намерения «родителей» вызывали у парня справедливые опасения. Но подлый червячок сомнения принялся его точить исподволь.
А еще были вопросы. Если они с Нэйтаном состояли в отношениях (новость о том, что он гей, Бэлл принял спокойно, как нечто само собой разумеющееся), то, действительно, почему МакКалистэр ни разу к нему не пришел? Даже не позвонил? И все в том же духе.
Так Крис промучился пару дней, не в состоянии вспомнить ничего более конкретного, а потом по чистой случайности подслушал разговор дражайших родственников, из обрывка которого узнал, что Нэйтан, оказывается, его доверенное лицо. А Виктор, будучи главой солидной юридической фирмы, воспользовался своими связями и влиянием, позаботившись о том, чтобы до этого самого доверенного лица не дозвонились и не привели в больницу. После этого оставались сущие мелочи – узнать его адрес, достать одежду, деньги, и вот Крис уже здесь.
И только сейчас парень вдруг задумался, а правильно ли он сделал, что пришел? Вообще нужен ли он этому знакомому незнакомцу? Ведь у них были отношения, и МакКалистэр знал его совершенно другого, еще до аварии. А если… Если то, какой Крис сейчас, ему не понравится?
Да, конечно же, не понравится, кто позарится на такого… Неполноценного? Не зря же он постоянно отводит глаза, избегая смотреть на Бэлла.
Парень поежился, невольно сильнее кутаясь в чужой плащ, и вздрогнул от неожиданности, когда Нэйтан вдруг обнял его. Крис не успел ничего сообразить, как оказался крепко прижатым к широкой, горячей груди МакКалистэра. И что странно, отстраняться совсем не хотелось, хотя обычно Крис старался избегать чужих прикосновений. А сейчас наоборот прижался к мужчине поближе, доверчиво подставляясь под его руку и ощущая, как в груди теплеет от ласкового шепота.
– Раз ты обещаешь, то так и быть, я тебе поверю, – уткнувшись носом в плечо Нэйтана, тихо хмыкнул Крис, пытаясь таким образом скрыть невольное облегчение. Он действительно верил ему. Даже тот инцидент в коридоре, до смерти напугавший его, говорил скорее в пользу Нэйтана, чем против него. Такие яростные живые эмоции не мог испытывать человек, которому наплевать на него, ведь правда?
– Что сказал врач? Ты со временем вспомнишь все остальное? – чтобы хоть как-то отвлечься от душивших его эмоций, негромко спросил Нэйтан и невольно улыбнулся, уткнувшись в светлую макушку: ведь его Крис, несмотря ни на что, не забыл. И это уже говорило о многом.
– Врач – идиот, – после небольшой паузы недовольно проворчал парень, завозившись в руках МакКалистэра, чтобы устроиться удобнее, и наморщил симпатичный носик, выражая крайнюю степень своего пренебрежения к вышеупомянутому индивидууму. – Ничего он не сказал внятного и определенного. Пробормотал нечто из разряда «все возможно, мы не можем судить наверняка, память либо вернется, либо нет» и смылся.
Крис тихо вздохнул и опустил глаза, пальцем машинально обводя по контурам вензеля замысловатого узора у МакКалистэра на плече.
– Если серьезно, то они действительно не знают, восстановится ли моя память со временем. Да и откуда бы им знать? Они даже не были уверены до конца, насколько я понял, что я вообще приду в себя. Видишь, – чуть помедлив, Крис все-таки осторожно взял руку Нэйтана и приложил к своей голове, пальцами зарываясь в волосы, где под кожей прощупывался костный шрам после ранения. Он начинался справа у виска, сразу на границе роста волос, и тянулся наискось, вверх почти до самого темени.
