– И о чем нам все это говорит, товарищи следователи? – Тамерлан сидел во главе стола, поставив согнутые в локтях руки перед собой и упершись подбородком в переплетенные пальцы.
– Может, у него совсем поехала крыша и он озверел?
– Ты сам-то в это веришь, Паша?
– Нет, но тогда, почему он вдруг не стал уводить жертву в своё логово и обставлять всю сцену, как и раньше, чтоб комар и носу не подточил?
– А по-моему, все очень просто, – сказала Аня. Она была ещё совсем молоденьким следователем, стажеркой, которая только несколько месяцев назад закончила академию.
– Ну-ну, Анюта, говори, что у тебя на уме? – подбодрил ее Нургалиев.
– Смотрите, Ерёмина украла у Коршуновой пальто и сумку. Переоделась в украденные вещи и так в них и расхаживала. По росту и телосложению они с пострадавшей Коршуновой похожи, к тому же и волосы тоже длинные, тоже с темно-красным отливом. Наш маньяк увидел эту женщину и подумал, что перед ним Коршунова. Увидел он ее, когда уже стемнело, может, крался за ней сзади. А потом…
– Точно, Анька! – вскрикнул Павел. – А потом, когда схватил, то понял, что перед ним не Женя, а какая-то пьяная девица, но в одежде Коршуновой. И тут он взбесился.
– Хотите сказать, что он охотился именно за Коршуновой? – переводил взгляд с одного следователя на другого Тамерлан.
– Выходит, что так…
Тамерлан и сам обдумывал эту версию со вчерашнего дня, но гнал ее от себя прочь. Ему было неприятно думать, что маньяку нужна была именно Женя.
– Все сходится, товарищ старший следователь. Позавчера вечером наш маньяк вышел убивать, ведь не таскает же он с собой ленты постоянно? Значит, наметил себе какую-то жертву.
– Выходит, что так, Аня, молодец! Выяснили, позавчера на факультете вечером были занятия или экзамены?
– Да, был экзамен и две консультации. По словам охранника, последние студенты разошлись в начале десятого.
Тамерлан встал со своего места и начал расхаживать по кабинету.
– Значит, убийца кого-то поджидал, раз имел при себе эти чертовы ленты. Но по каким-то причинам свою жертву он либо не дождался, либо передумал, либо что-то ему помешало. А потом он встречает Коршунову, вернее, он думает, что это Коршунова, и убивает ее. Остаётся непонятным только одно. Почему он потерял контроль над собой и не убил ее привычным уже способом? Почему вдруг у него сорвало крышу?
– Может, он ненавидит пьяных женщин? А Ерёмина была вдрызг. Судя по количеству алкоголя в крови, странно, что она вообще была в состоянии передвигаться на своих двоих, – заметила Анна.
– Может, он хотел убить именно Евгению и был в шоке, увидев, что ее одежду надел кто-то другой? – предположил Павел.
– Наверное, так оно и было, Павел. Однако задумывал он сначала другое убийство, не Коршуновой. Он не мог не знать, что та закончила работу ещё до обеда. Этот человек очень аккуратен, всегда все продумывает. Не полагается на удачу.
– Вы правы, Тамерлан Ниязович.
– Так, нужно выяснить, не пропал ли кто из тех студенток, что были на факультете позавчера вечером.
– Думаете, он мог совершить сразу два убийства?
– Не уверен, но проверить стоит. И нужно каким-то образом узнать, не назначал ли кто девушкам из этих групп свидания в парке.
– Вряд ли нам кто-то что-то расскажет, Тамерлан Ниязович. Вспомните историю с Кристиной Деминой, второй жертвой, она не призналась подруге, с кем у неё встреча. Все наши жертвы так и не дали нам ни одной подсказки, кто бы мог быть этот таинственный ухажёр.
– Все равно поспрашивайте. Вдруг удастся что-то узнать. Анюта, займись этим ты. Ты почти их ровесница, глядишь, кто-нибудь тебе и доверится.
– Хорошо, Тамерлан Ниязович. Тогда я завтра прямо с утра поеду в Семёновско-Отрадное и попытаюсь поговорить со всеми девочками, подходящими под «любимый тип» убийцы.
– А что у нас с уликами на этот раз? Он ведь там сильно наследил? – перешёл Тамерлан к следующему вопросу.
Преступник действительно сильно наследил, все вокруг трупа было утоптано его окровавленными следами, которые, удаляясь, вели в сторону факультетского корпуса. Однако никаких четких улик следствие по-прежнему не имело. Разве что размер ботинок: он был 42, считай, самый ходовой. Никаких отличительных признаков на следах экспертам разглядеть не удалось. Обычные зимние ботинки с совершенно обыкновенной подошвой. Да полфакультета в таких ходили. Никаких признаков косолапости, хромоты или ещё чего. Следы, убегавшие от трупа, привели следователей в никуда. Они заканчивались у кустарников, что росли возле старых парковых ворот. Судя по всему, здесь убийца, видимо, сообразив, что оставляет за собой кровавый след, обувь снял и дальше шёл в носках. След от носков пропечатала только в месте, где убийца снял ботинки, а дальше – ничего. Он все за собой подчистил.
