— А если это не игра? — сумрачно сказал Валерий. «Ведь раньше-то я ничего не слышал про нее…»
Саныч не удивился.
— Кое-кто рассуждает так же. Мол, слишком сильно она просачивается в реальность, давит на мозги. По крайней мере, некоторым…
— Ребятишек сбивает с пути, — хмуро напомнила Раиса.
— Да, — кивнул Саныч. — Эти вот следопыты, например… Я говорил с их командиршей, она утверждает, что далеко посреди Пустоши есть каменные конусы, вроде старинных плавильных печей. С отверстиями на макушках. И, что, если в такое отверстие опустишь найденное ядро, сразу становится лучше жить. И обязательно случается какое-нибудь хорошее событие…
— Например, драка двух этих следопытов, — задумчиво вставил упитанный Вовочка Кротов.
— Не зубоскаль, — хмуро сказала Раиса. — Может быть, в их работе больше смысла, чем мы думаем… Не исключено, что Инск существует благодаря этим ребятам и шарам.
— А я чего… — смутился Вовочка.
— Раечка у нас максималистка, — продолжал речь Саныч. — Но в суждениях ее есть зерно… По крайней мере, эти ребята — энтузиасты. Вообще-то не одобряется, когда дети шастают по Пустоши: мало ли там что. Вроде бы никто никогда не тонул, но все-таки… Однако для следопытов сделано исключение…
— Они сами себе его сделали, — хмыкнул Юрочка в шляпе.
— Ну, возможно… В общем, трудятся. Кроме ядер, нашли еще старинную пушчонку, видать, пугачевскую, несколько бердышей, отдали в музей. Там в восторге…
— Командиршу я видел, — вспомнил Валерий сестру Лыша. — Строгая девица в пилотке и шевронах.
— Да, этих ребят легко узнать по форме, — кивнула Раиса.
— И без формы легко, — уточнила Аллочка. — Вечно загорелые и на ногах сплошь царапины от осоки. Когда-то я сама была такая…
— Ты и сейчас такая, моя девочка, — утешил ее Мотя.
— Нахал, — обрадованно сказала Аллочка.
«Пахали» целый день. Очистили стену. Пообедали окрошкой из эмалированной кастрюли («Раечка расстаралась, кормилица») и консервами. Размотали кабели, начали растягивать их по кирпичной плоскости, сверяясь с большущей, вычерченной на мятом ватмане схемой. Наперебой просвещали Валерия на предмет свойств каждого кабеля, хитростей переплетения, принципов экранирования и природы (пока неизученной) излучения типа «Тэ».
Солнце перестало светить в узкие окошки под потолком, ушло к западу. Включили два софита. Натянули последний кабель, полюбовались готовым экраном.
— Люди, мы титаны, — заявил Саныч. — Завтра с утра заслуженный отдых, работаем только после двух.
— Ура… — выдохнули титаны.
Валерий шел в «обитель бабы Клавы» с одной мыслью: вытянуться на кровати, постонать от усталости и крепко поспать. Не удалось. Баба Клава принялась кормить его картошкой с топленым молоком. Валерию было неловко: он ведь условился платить лишь за комнату, а о еде речи не было. Пытался что-то сказать на эту тему, но баба Клава ласково потребовала:
— Чтобы я больше не слыхала таких речей…
А когда он все-таки лег, сна уже не было, мелькали в голове всякие мысли: о Крепости, о шарах, о новых знакомых. О Песках, будь они неладны…
Когда подкрались поздние сумерки, Валерий снова выбрался из окна в заросли герани (в тропические запахи и вечернюю прохладу). И снова между грядок «проросла» Юна.
— Опять лейку потеряла? — окликнул ее Валерий. Она засмеялась и ничего не сказала. Подошла.
— Садись… Авось Васильевна…
— Ты опять?
— Больше не буду, — моментально покаялся он.
— То-то же… — Она села. Не совсем вплотную, но почти коснулась локтем. Валерий ощутил некоторое «щекотанье нервов». Он его усмирил и храбро сказал:
— Юна, у тебя много ухажеров?
— Еще чего…
— А что такого? Это же обычное дело. Ты симпатичная….
— Вот-вот. На той неделе один так же подъезжал. Я об его голову раскокала блюдо. Сперва хотели из зарплаты вычесть, но потом не стали, потому что не расписанное еще, заготовка…
— То есть без Регента?
— Ну да…
— Неужели ты этого бедолагу огрела только за слово «симпатичная»?
Она тихонько посопела.
— Не только. Он хотел на мне «поправить лямочку сарафана»…
— Какой ужас!.. Хорошо, что предупредила. Дело в том, что я собирался сейчас сделать то же самое.
У Юны выскочил пушистый смешок.
— Ну… сейчас-то блюда под рукой нет. И к тому же ты с сосед…
Валерий подчеркнуто плавным движением, пальчиками, поправил на теплом плече бретельку. И признался:
— Когда-то я так же ухаживал за соседкой по имени Люся.
— Красивая, да?
— Да. Только уши облезлые от загара. Ей было десять лет. А мне одиннадцать…
— У-у… А где она теперь?
— Не знаю. Жизнь раскидала… Юн…
— Что?
— Я сейчас пойду в своей наглости еще дальше… Что если нам как-нибудь смотаться в кино? Видел афишу: в центре идет «Вечерний патруль»…
— Я смотрела. Чушь такая! Одни компьютерные трюки…
— Согласен! Тогда просто погулять…
— Можно на берег, туда, где костры. Только не сегодня. Я вымоталась на работе…
— И я… Тогда завтра?
— Ладно…
Они болтали еще долго, разговор получался о всяких пустяках, но сумерки были ласковые, и сидеть рядом (совсем рядом) было хорошо…
