– Я это, я! – захохотала белка. – Твоя сообразительность приводит в восторг!
– Ты вызвала у мамы почесуху, – закричала Мафи. – Муле было так плохо, что она перестала соображать, поэтому и оставила ключи в столовой. Я не виновата!
– Пирог с кокосом я приготовила для закрепления эффекта, – злорадно сообщила Матильда, – основную работу проделал порошок зудящего дерева, маленькая щепоточка на хвост – и в голове остается только одна мысль: как бы посильнее почесаться. Если помыться, все проходит. Конечно, ты виновата. Кто отнес ключи Эдгару? Не я же!
– Но ты насыпала на мамин хвост порошок, – возмутилась Мафи, – и еще угостила ее пирогом, на который у нее жуткая аллергия.
– И что? Не стоило тебе брать связку, – ответила белка. – Я ни при чем.
– Дверь в мир людей! – не успокаивалась Мафи. – Густав ее не открывал. Створку, уж не знаю как, сумела открыть ты. Почтовый жаб не предатель!
Матильда начала размахивать хвостом.
– Ошибочка вышла, я всего лишь попросила Густава принести сумку с подарком Черчилю на день рождения. Да, кошелка была тщательно закрыта, но почему почтовый жаб не проверил, что он несет в Прекрасную Долину? Ему следовало вскрыть посылку!
– Эдгар сидел в ящике! – обомлела Мафи. – Как он туда поместился? Пес большой!
Матильда уперла левую лапу в бок.
– Забыла, что Генрих Барклай великий волшебник? Он может все. Эдгар стал легче пушинки и меньше цыпленка, легко в крошечной посылке улегся. Я ее взяла и тяжести не ощутила.
– Ты выпустила злобного пса?! – удивленно спросила Мафи.
– Давай зададим другой вопрос, – топнула Матильда. – Кто его через дверь в Прекрасную Долину пронес? Вот тот и виноват!
– Густав понятия не имел, что несет, – протянула Мафи.
– На крышке была надпись «Мармелад в подарок Черчилю от Моти», – хихикнул грызун, – тактическая хитрость. Почтовому жабу следовало проявить бдительность, и ничего бы не случилось.
– Густав не предатель, он не мог убежать, – прошептала Мафуша, – это ты его прогнала.
– Нет, – возразила белка, – он сам удрал в слезах. Я отозвала в сторону глупого жаба и спросила: «Знаешь, что на самом деле было в посылке, которую ты притащил? Там сидел Эдгар. Это из-за тебя Прекрасная Долина гибнет. Я сейчас всем правду расскажу, и тебя изгонят прочь. Навсегда». Он зарыдал и ускакал!
– Че и Ге тоже ты отослала, – догадалась Мафечка.
– А, – махнула лапой предательница, – с братьями совсем легко было. Они трусы. Услышали, что для открытия пещеры понадобится две черепашьи головы отрезать, и удрапали. Не захотели свою жизнь за Прекрасную Долину отдавать. Вот они какие гадкие.
Мафи вжалась в стену пещеры.
– Нет! Это ты подлая! Ну почему я раньше не сообразила, какова Матильда на самом деле? Ты постоянно пыталась помешать нашему походу. Когда Зефирка плакала над своей коллекцией фантиков, не хотела ее жечь, чтобы открыть книгу, ты твердила: «Не мучайте Зефирку, оставьте ее в покое». И это не было жалостью по отношению к Зефирочке, которая лишилась дорогого сердцу собрания! Нет! Ты не желала, чтобы мы открыли Волшебную книгу. Но у тебя осечка вышла! Зефирка совершила подвиг, она пожертвовала свою самую любимую вещь.
Матильда скрипнула зубами, но Мафи не утихала:
– И ты постоянно пыталась нас остановить, но ничего не получалось. Добрая Фенечка дала промокшей Матильде микстуру, а ты пролила липкую жидкость и испачкала платье Фени. Ты так заахала, заохала: «Давай тебе помогу, пока будешь одежду стирать, подержу мешочек с картой!» А я пожалела Матильду, попросила остаться в пещере, сама с Феней отправилась. И что? Ты, Мотя, следом помчалась, начала предлагать: «Мафи, помоги сестре, выжми платье, мешочек можешь мне отдать», но я не поддалась на эти уговоры. Ты отчаянно хотела получить бумаги, но они в твои гадкие лапы не попали. Матильда! Как ты могла стать помощницей злого волшебника Барклая? Как тебе не стыдно!
У белки вздыбилась вся шерсть, Матильда стала похожа на ежа Федора, который встретил в своем саду хомяка Зигфрида и понял, что тот нагло, без спроса, лакомится спелыми яблоками с его дерева.
– Это вам должно быть стыдно! – заорала Матильда. – Живете в самом большом доме, а у меня маленькая избушка всего из четырех комнат.
– Мотя! У тебя огромный коттедж, – опешила Мафуся.
– Ваш лучше, – заорала белка, – с черепичной крышей! А почтовый жаб притащил себе из мира людей голубой сервиз! У меня простые керамические кружки! Мулю все любят, а меня нет! У Капы полно бус, браслетов, мыла-кремов, а у меня несколько цепочек, и все! Марсия умеет делать красивые прически, Зефирка – шить платья, им золотые монеты прямо в лапы сыплются!
Мафи попыталась остановить Матильду:
– Ты тоже можешь научиться хорошо работать лапами.
– Это долго, – взвизгнула Мотя, – и пока шьешь – вся иголками исколешься, ножницами сто раз порежешься. Я не хочу работать, как Зефирка и Марсия, я хочу получать столько денег, сколько они! Разве справедливо, что у них есть все, а у меня ничего? Мне надо все, как у всех, и побольше! Все! Все мое!!! Не ваше!
