Он коснулся грязных волос девчонки, Лешке показалось, с едва скрытым отвращением, встал и отошел от гроба, указывая на живую покойницу.
— Мраком хаоса и изначальной смертью живого! Прощай, вырванная моей силой из небытия тварь.
Девчонка хотела что-то сказать, протянула к нему худую иссиня-бледную руку… мгновенно взорвалась, растеклась бурой жижей, до половины наполнившей гроб.
Лешку передернуло от отвращения и стылого ужаса.
— Финис! — возгласил Антон. — Из праха вышла на миг, в прах вернулась! Кто желает такого конца?
Желающих, понятно, не нашлось.
Упырь достал из-под одежды длинный кинжал со сложной серебряной гардой, распахнул плащ, пиджак, сорвал галстук и бросил в гроб, с треском порвал рубашку. И ударил себя в бледную грудь. Клинок вошел на палец.
Мрачный и яростный, он вытащил кинжал из раны… та тут же закрылась на глазах у всех.
— Подойдите, начиная со старшего!
И каждый подошел, и каждый взял кинжал за лезвие, раня ладонь и смазывая металл кровью. Боли Алексей не ощутил, рука заболела потом.
Он показал ладонь с тонким белым шрамом. Не врал.
— Вы кровные братья теперь! И лучшие станут подобными мне, а слабые канут во тьму, — сказал Антон, целуя и убирая оружие. — Идите, скоро я вас позову.
И позвал. Вот, сюда.
Пока только пожить и охранять базу. Как и с кем договорился насчет нее Антон, никто из подчиненных не знал.
Коников поехал за разными мелочами, бытовой химией, постельным бельем, новыми сетками от комаров, база досталась далеко не в идеале. Машина тоже не его, одного из Антоновых приближенных.
Про захваченную дикую тварь Лешка только слышал, держат в дальнем здании, да, те два, побольше, тут сэкка угадали.
Индеец наклонился к пленнику и похлопал его по щеке:
— Умница, не запирался.
Сделал быстрое движение у шеи парня, тот осел и свесил голову.
— Есть не будем? — спросил берсерк.
— Там поймаем кого поумнее. Оставим его тут, к полудню оклемается. А машина пригодится. Да, Даниэль, ты спрашивал про связь? В шлемах наушники. Наденем как будем подъезжать. Волна уже настроена. Дикарь, командовать парадом будешь ты.
— Наденем шлемы, так привяжите языки, я скажу когда начнем, — викинг убрал топорик, поднялся.
— Через ворота? — спросил Данил, ощущая легкое покалывание в висках. Вот еще, остаток жизни. Трусить не хватало.
— Кавалерийским налетом. Свою машину пустят. А потом ничего не успеют.
— Набрехал им упырь, — сказал Ольгер, — нету у него больше амулетов, ясно же.
— Может, рассчитывал добыть? — индеец содрал балаклаву, достал откуда-то украшенную янтарем расческу и прихорашивался. Кто его знает, зачем. Для аутотренинга? Или предок-ягуар проявился? — подумал Данил.
— Кое-что перегрузим в трофей, последний инструктаж и двигаем, — Ольгер хлопнул по дверце «Шнивы», металл загудел и, кажется, прогнулся.
Викинг перегазовывал и негромко, через губу, ругался.
— Чертова таратайка, еще и газ не отрегулировали, лет тридцать не ездил на таком автотрупе, не машина, жеребая кобыла…
Высокий сетчатый забор приближался, будка тоже, шлагбаум опущен, светят фонари над воротами. Никого недоброго не ждут, а тем более нападения живых мертвецов.
«Шнива» раскачивалась и толкала Данила в зад неудобный плоской подушкой заднего диванчика.
— Как ни странно, — прервал проклятия Ольгер, — неплохая охранная система. Датчики объемные и инфракрасные, обдурить можно, но долго, и нет у нас с собой нужных вещей. Явно новый хозяин старался.
До магазинчика мелочей километров двадцать, работает он до девяти, я узнал, ждут нашего героя назад не позже чем через час. Мы пока вне подозрений. Все, надеваем шлемы. Дикарь, светошумки?
— Готовы, о варвар.
Никто не посветил внутрь машины фонариком, никто из двоих в камуфляже не успел достать пистолетов.
— СОБР, упал отжался, мать вашу тролл огг! — крикнул Оле.
Индеец широким жестом выбросил из окна пару черных мячиков, они грохнули и полыхнули светом почти одновременно. Данил вовремя зажмурился, хоть глаза резануло. Уши защитили наушники шлема, но в череп точно крепко поддало изнутри пневмомолотом.
Бедняги. Запоздало зажимали веки, кровь текла из ушей, когда Аренк выпрыгнул и двумя ударами ствола под дых свалил обоих. Оно гуманнее.
— Давай, я скоро! — растворился в темноте.
Ольгер погнал машину к паре дальних строений. С хрюканьем коробки и визгом тормозов вписал старушку ко входу дальнего. Обычная стальная дверь, три ступеньки бетонного крылечка. Ни надписей, ни номеров.
Данил, выполняя подробные указания, оттолкнул дверцу, подбежал — кажется, еще не бегал так быстро, прилепил на металл зеленую круглую нашлепку. В сторону. Нажать похожий на зажигалку детонатор в боковом кармане. Хлопнуло, дверь слетела и брякнулась на ступени.
Ах, чистая работа. Банки бы нам грабить.
А может, они… деньги и упырям нужны.
Кто-то выпалил за спиной из ружья, еще и еще — о, протрещал ацтекский «Хеклер-Кох», там заорал раненый, русским матерным, и выделываться перестали.