– Поганец! – выругалась Лена, когда один из микроскопических винтиков укатился под кровать. – Дай мне свой телефон, Фриц.
Мальчик вздохнул и передал свой телефон сестре.
Лена наполовину заползла под кровать, подсвечивая пространство фонариком на телефоне Фрица.
– Ух, давненько тут не было пылесоса. Здесь просто килотонны пыли! И куда подевался этот дурацкий винтик? Подождите-ка… а это ещё что?
Кряхтя, Лена заползла поглубже, теперь из-под кровати торчали только её ноги.
– Ха… ха… апчхи! АЙ!
– Что там у тебя случилось? – Фриц пригнулся и попытался заглянуть под кровать, но Лена уже лезла обратно. Она держалась за голову. Её хвост растрепался, а зелёный свитер казался серым из-за покрывавшей его пыли.
Девочка сдула пыль с предмета, который держала в руке, и снова чихнула.
Теперь и Фриц увидел её находку.
– Ракушка?
Вернее, это были две отдельные части сломанной ракушки. Причём ракушки невероятно прекрасной. Обе они были покрыты гладким, как зеркало, перламутром и переливались.
Мари подпрыгнула, как ужаленная:
– Нет! Этого не может быть! – в её голосе послышался ужас.
– Что такое?
Мари взъерошила волосы на голове.
– Я так и знала, что взяла её с собой! Но теперь она бесполезна.
Фриц никак не мог понять, что происходит.
– О чём ты вообще говоришь?
Мари забрала у Лены две части ракушки и беспомощно уставилась на них.
– Она сломана.
И девочка опустилась на стул.
– Помните, что написал мне в том сообщении Ольф? «Только по безопасной связи»?
Фриц и Лена кивнули.
– Вот это и был тот самый безопасный способ связи, – Мари развела в стороны руки с половинками ракушки.
– О, – выдавил Фриц, постепенно начавший понимать, в чём дело. Отец Мари как-то подарил им с Леной такую же ракушку. Он сказал, что с её помощью можно звонить в Альмарис, хотя Фриц так и не смог разобраться, как именно.
– Может быть, её ещё можно склеить? – предположила Лена. – У меня тут есть суперклей…
Мари покачала головой.
– На эти ракушки Руна накладывает своё специальное заклинание. Стоит им попасть не в те руки, как они сами себя разрушают.
Фриц сглотнул.
– Ты хочешь сказать, что кто-то пытался её украсть?
Мари взглянула на него своими зелёными глазами.
– Очень похоже на то. Я бы наверняка заметила, если бы сама уронила её.
Лена сжала руки в кулаки.
– Наверняка это Константин и его банда тупиц! Пошли, призовём их к ответу!
Она уже бросилась к двери, когда Мари остановила подругу.
– Это ничего нам не даст. Давайте-ка лучше придумаем, как нам отыскать Клауса и госпожу Гвозикович-Подсчётную и поскорее выбраться отсюда.
– А Гюнтер не смог бы нам ещё разок помочь? – спросил Фриц, бросив полный надежды взгляд на морского ежа.
– Я бы с удовольствием, но Мари мне не разрешила, – проворчал он.
– Даже речи быть не может! – решительно ответила Мари. – В бурю это было бы слишком опасно!
И точно. Мальчик безнадёжно выглянул в окно. Там всё ещё лило как из ведра. И, судя по всему, буря даже не собиралась заканчиваться.
Тем временем стемнело, настроения среди учеников царили панические. Госпожа Гвозикович-Подсчётная и Клаус так и не вернулись. За ужином никто и ложки горохового супа не смог проглотить, причём вовсе не потому, что тот был страшно пересолен.
Пару раз дождь ненадолго прекращался, но вскоре припускал с новой силой. И молнии вновь пронзали горизонт, а потоки воды хлестали по окнам гостиной. Было ужасно неуютно, и Фриц мёрз, несмотря на то, что на нём были надеты уже два свитера и толстые носки, связанные бабушкой.
– Я хочу домой, – заныл Константин, раздавив ложкой пару горошин.
– А ты не мог бы узнать у своего папы, может быть, он заберёт нас отсюда на своём вертолёте? – спросила Лена. Судя по выражению лица девочки, она с удовольствием задушила бы его.
– Мы не можем никуда позвонить. В такую грозу это просто невозможно, – ответил Константин, совершенно не заметивший сарказма и сопровождающего его взгляда Лены.
Оглушительный раскат грома потряс гостиницу, стёкла задрожали.
Одна из девочек заплакала. Мари подошла к ней и положила руку однокласснице на плечо:
– Эй, Эмма, гроза непременно закончится. И пусть всё это выглядит довольно жутко, но здесь мы в безопасности.
Эмма покачала головой.
– Я не об этом, – всхлипнула она. – Я просто боюсь, что с нашими учителями что-нибудь случилось.
– Госпожа Гвозикович-Подсчётная – любимая учительница Эммы, – объяснила её подруга Лина. – После её прихода Эмма стала получать по рисованию двойки вместо четвёрок.
– Она всем нам очень нравится, – сказала Мари. – Но Клаус… я хотела сказать, господин доктор Баранбук отлично ориентируется на море. Я уверена, что он позаботится о ней.
И она бросила взгляд на Фрица и Лену.
– И о самом себе тоже.
Эмма высморкалась.
– Надеюсь, ты права.
Фриц тоже очень на это надеялся. При мысли о том, что что-нибудь могло случиться с его дядей, у него сдавило горло.
– У меня идея! – вдруг воскликнула Лена. – Здесь, на Хойзельскруге есть маяк. Я видела его в тот день, когда мы приплыли. Мы можем попробовать подать с него сигнал и позвать на помощь.
Фриц вскочил.
– Ты права! Давайте попробуем. Тогда вперёд, чего же мы ждём?
