— Привет, — парень обворожительно им улыбнулся. — Не помешаю?
— Привет, Кен, — кивнул Найф. — Есть проблемы?
Кен подсел к их столику.
— Пугануть надо.
Фредди презрительно присвистнул, и Найф тут же кивнул.
— Не мараемся.
— Да минутное же дело, — зашептал Кен. — Только пугнуть. Без мокроты.
— Задаром, знаешь, что бывает? — ухмыльнулся Найф.
— Так не задаром же! — возмутился Кен.
— Ну, — поощрительно кивнул Найф.
— Чмырь один. Крутился рядом. Играл.
Фредди лёгким намёком изобразил заинтересованность.
— Он, — Кен усмехнулся, — из русских. Высоко залететь не мог, но работал крепко. Вот и хотят его пугануть. Чтоб убрался подальше и не возникал. Он в Россию собрался и за долгами пошёл. А свалит — и долги спишутся.
— Понятно, — кивнул Фредди.
— Пятьдесят от суммы, — деловито сказал Найф и, посмотрев на Фредди, добавил: — Каждому.
— Об чём речь, — кивнул Кен.
— Точно пошёл? — приступил к делу Найф.
— Точно. При нём два лба. Оттуда же, из Сейлемских казарм.
— Не проблема, — решил Найф.
Фредди не возражал. Пугнуть без мокроты — это пустяки. Полиция такую мелочь в упор не замечает. Когда это внутри Системы. Но если заденут кого случайного, то спускают всех собак. Но русский… Здесь надо сработать очень чисто.
— Если нам по пятьдесят, — задумчиво сказал Найф, когда Кен вернулся к стойке, — то сколько он себе куртажных взял?
— Лучше подумай о комендатуре, Джим, — ответил Фредди.
— Эт-то… — Джим посмотрел на него совершенно трезвыми глазами, — это ты здорово. Чёрт, они же русские все, могут сюда и не зайти. Ладно, Фредди, сейчас мы… мы вон его на разведку пошлём.
Повинуясь его жесту, один из маявшихся по бару подлипал, которому и до шестёрки ещё расти и расти, пьяной шаткой рысцой подбежал к их столику.
— Понюхай, — бросил ему Найф.
Тот угодливо закивал и поспешил к выходу. Фредди, нахмурившись, смотрел ему вслед: где-то он уже эту пьянь видел. Действовать наугад, без подготовки даже по пустяку рискованно, но… отказываться не стоит. Ладно, если патрулей рядом нет, то можно… можно и так.
— На чём их заведём, Джим?
— Это чтоб нам обороняться? — с ходу понял Найф. — Дело. Эту пьянь и натравим.
Теперь они шли по боковым улицам центральных кварталов.
— Бар этот известный, — Фёдор говорил негромко и непривычно серьёзно. — Если кого из тех, ну, Системой называются, найти надо, то там либо сам сидит, либо от него. И пулю схлопотать там… прощё простого.
— Весёлая перспектива, — хмыкнул Грег.
— Мы туда только заглянем, — Фёдор на ходу закурил. — Денег своих, понятное дело, мне не взять, на вещи я уж плюнул. А вот… Мне только на этого гада посмотреть. Понимаете? Пусть он подавится моими деньгами. Зайдём, посмотрим на него…
— Получим по пуле, — закончил за него Грег.
Засмеялись все трое.
Эркин шёл, засунув руки в карманы. За это время в лагере он совсем разучился ходить по-рабски, да и сознание того, что сумел пересилить себя, перешагнуть… Он шёл, разговаривал, смеялся, глазел по сторонам, но всё так, а сам снова и снова переживал свой… подвиг — не подвиг, но всё-таки…
…— Заходи, садись. Где карта? Отлично. Грамотный?
— Нет.
— Ничего страшного. Садись сюда. Закрой левый глаз. Где разрез? Правильно. А здесь? Здесь? Хорошо. Теперь закрой правый глаз… Правильно… Пересядь сюда. Смотри сюда, не жмурься…
Тонкий сильный луч бьёт прямо в глаз, но не больно, а как-то щекотно. И не страшно.
— Всё. Зрение — единица. Норма. Держи карту.
— Спасибо, до свиданья.
— Пожалуйста, до свидания, приглашай следующего…
…И так кабинет за кабинетом. Раздеваться пришлось только в трёх и то до пояса. Под конец он вовсе расхрабрился, и эту… флюорографию — во слово придумали! — прошёл уже шутя. А сегодня с утра к психологу пошёл с полной картой. И тоже обошлось. Даже интересно. Картинки, таблицы… Найди лишнее или подбери нехватку. Смешно. Зачем это нужно, непонятно, но мало ли непонятного в жизни. Обо всё думать — голова лопнет. А завтра опять к психологу, уже к другому. Ладно, это всё пустяки. Главное сделано!
— Мороз, о чём думаешь?
— Ни о чём, — честно ответил Эркин. — По сторонам смотрю. Гриша, так ты здесь раньше не бывал?
— Нет, — благодарно улыбнулся Грег.
Он старался не показывать виду, но когда его называли Гришей, а не Грегом, всякий раз расплывался в улыбке.
— А ты, Фёдор?
— Откуда?! Угнанных и близко к столице не подпускали.
— А тогда откуда ты знаешь?
— Чего?
— Ну, что этот гад там сидит, раз. И где этот бар, два.
— Молодец, — кивнул Грег.
— Рассказывали мне, — не слишком охотно сказал Фёдор. — Описали, расписали… не заблудимся. Мастер ты вопросы задавать…
Он не договорил. Потому что Эркин остановился. Резко, будто ударившись с размаху о невидимую преграду. Остановились и Фёдор с Грегом.
— Ты… ты чего? — растерянно спросил Фёдор.
Таким он Эркина ещё не видел. Окаменевшее, застывшее от ненависти лицо, напрягшееся перед ударом тело… Что там? Куда он смотрит?
