Несмотря на включенную печку, в «ауди» стало холоднее, и горы становились все величавее по мере приближения к цели вашего путешествия. Слушая музыку из MP3-плеера Сельваджи, — сама она спокойно спала рядом, — ты смотрел на окружавшие вас горы. Эти колоссы, возникшие на Земле на заре ее существования, вместо того чтобы вызывать в тебе благоговейный страх, напротив, внушали чувство надежности. Будто они предлагали вам свою защиту от остального мира.
68
Ваш отель находился в центре Пьеве ди Кадоре[59]; глядя на него с улицы, ты никогда бы не подумал, что он такой большой. Войдя внутрь, вы загляделись на холл, просторный, с красивыми колоннами в классическом стиле, паласом темно-синего цвета, тихий и украшенный довольно большим количеством зеркал в позолоченных рамах, что делало его еще светлее, на большие диваны, симметрично расположенные вдоль стен.
Несмотря на приятное впечатление от места, ты к тому времени был уже порядком отвлечен другими вопросами и находился на грани взрыва, когда молодой человек за стойкой регистрации положил на светлую мраморную поверхность ключи от ваших номеров, которых было не два, как тебе бы хотелось, а три. Ты и Сельваджа были разделены и даже не могли протестовать, учитывая, что ваши родители решили все еще при бронировании, так что бесполезно было что-либо доказывать. Сельваджа посмотрела на тебя, слегка обеспокоенная и смущенная, но ты предпочел не отвечать ей.
Было куда как очевидно, что решение разделить вас по разным комнатам вовсе не мешало вам спать вместе, потому что ты, как всегда, ходил бы к ней в комнату и возвращался бы в свою рано утром.
Войдя в номер, настолько же бесполезно комфортный, насколько одинокий и почти безжизненный, ты окончательно расстроился и загрустил. Что было делать в этом номере, если ее нет рядом? С кем ты разделил бы свое дыхание, с кем шутил бы и смеялся, чтобы рассеять скуку? Сельваджа была в комнате рядом с твоей, совсем рядом, и в то же время вас разделяли световые годы.
Ты лежал на кровати без движения, наверное с минуту, когда, поддавшись разочарованию, ты не нашел ничего лучшего, чем подняться, приблизиться к равнодушной стене, которая разделяла ваши комнаты, и прижаться к ней ухом.
Тебе показалось, что ты различил ее легкие шаги, приглушенную беготню или что-то вроде того, что вполне вязалось с ее намерением поскорее разобрать чемодан. На самом же деле ты ничегошеньки не слышал. Ты уже собирался расстаться с этим смешным положением шпиона, когда снова устышал ее шаги, приближавшиеся к стене.
Вдруг ты понял каким-то шестым чувством, что она в этот момент стояла напротив тебя: вы оба чувствовали присутствие друг друга, как ни одна пара братьев и сестер не могла бы почувствовать, в каком-то невидимом симбиозе, в результате бог знает какой алхимии. Потом ты услышал, как она постукивает по стене.
69
В дни вашего пребывания на горном курорте вы установили ряд правил, которые сразу же проявили себя с лучшей стороны. По утрам вы просыпались незадолго до девяти и завтракали в номере, потом, в течение дня, предавались веселым занятиям типа шоппинга, горнолыжных трасс (редкие), экскурсий (одна), ледового катка. Вы не спеша обедали в каком-нибудь симпатичном ресторанчике, а к ужину, в любом случае, возвращались в отель, где вся семья собиралась за столом и каждый рассказывал о том, что его больше всего впечатлило из увиденного, о покупках, сделанных импульсивно — мама купила белую сумочку от Fendi — и других мелких событиях, имевших место в течение дня.
Покончив с ужином, вы снова разделялись, и каждый мог провести вечер, как ему заблагорассудится, хотя именно ваши родители всякий раз возвращались из дискотеки лишь под утро.
Что до остального, ты и Сельваджа спали в ее комнате и, разумеется, занимались любовью каждый вечер. Разговоры на темы: школа, друзья, работа, деньги и мировые бедствия — были категорически запрещены.
Ваши намерения расставаться на рассвете довольно скоро были забыты. С самого первого утра каникул, проснувшись в обнимку с Сельваджей, не побеспокоенный ни мамой, ни кем бы то ни было, ты отчетливо понял, что ваши предки устроили эту поездку специально, будто говоря: «Эти каникулы — наш второй медовый месяц, так что мы оставим вас в покое при условии, что вы сделаете то же самое». Словом, вы с Сельваджей были компаньонами в путешествии по обстоятельствам, потому что никто на самом деле в вас не нуждался.
Вы заходили в лучшие магазины в центре города и разглядывали вещи, которые вас привлекали. По очереди меняли магазины электронных товаров и одежды prêt-à-porter[60], бижутерии, обувные и lingerie[61], в каждом находя что-то, что вам нравилось.
