– Ты же женился, не совещаясь со мной! Не посчитал нужным приехать и посмотреть мне в глаза. Отделался душещипательным письмецом, к которому приложил фотографии счастливых молодоженов. Что было делать беременной простушке?
– Но я не знал…
– Не хотел знать, – жестко акцентировала Мила. – Приручил деревенскую дурочку, затащил в постель и – бросил!
– Не бросал! Женился по глупости, из жалости и до свадьбы тебе не изменял, – простонал Борис, цепляясь за осколки памяти. – Я звал тебя с собой, ты сама не поехала!
– После похорон деда мне оставалось доучиться всего несколько месяцев! А твоя великая любовь закончилась в тот момент, когда ты трахнул эту… – она в гневе искала подходящее слово, – …шлюху! Но она так и не сумела родить тебе детей, а я хотела и могла! – она закрыла лицо ладонями, скрывая боль.
Борис молчал, осмысливая происходящее. Видя плачущую подругу, он не сомневался, что она не солгала. Досада на себя самого сковала по рукам и ногам.
– Ребенок, – растерянно повторил он и опустился на колени. – Мила, Людочка, прости меня. Дай новый шанс! Давай начнем все…
– Не смеши, – оттолкнула его женщина. – Я по уши сыта гарнизонной жизнью.
– Я перееду в Москву и найду хорошую работу!
– Что ты умеешь? – безжалостно уточнила Мила, вытирая слезы. – В столице все доходные места давно заняты. Хочешь стать ресторанным вышибалой?
– Зачем же, я хороший электрик, – встал с колен гость.
– Скажи еще сантехник или дворник, – с сарказмом подытожила хозяйка и стала пудрить лицо. – Сказка закончилась, Борис. Ты приехал, чтобы мы красиво простились.
– Тогда мне пора, – он посмотрел на часы и решительно распахнул дверь. – Поезд через два часа, нужно успеть с билетом.
– Тебя подвезти?
– Не стоит, доберусь на метро.
Мила захлопнула за ним дверь и первым делом заправила постель. Прибираясь в кухне, она вспомнила о склянке от Ковалихи и накапала зелья в банку с любимым кофе мужа. Проходя мимо консьержки, неверная жена победоносно усмехнулась.
– Стерва, – одними губами прошептала ей в спину старушка.
– Вы что-то сказали?
– Пожелала вам счастливого пути.
Мила швырнула сумку на сидение и завела мотор. Автомобиль резко сорвался с места. У здания вокзала припарковаться было негде. Пришлось оставить машину в соседнем квартале. В расписании на табло нужный ей поезд пока не значился. Не все потеряно! Мила бросилась к кассам. Впереди мелькнул знакомый силуэт. Женщина облегченно вздохнула. Борис расплатился за билет и отошел в сторону. На встречу с кем-либо он точно не рассчитывал, потому знакомый голос заставил его вздрогнуть.
– Успел?
– Как видишь. Какими судьбами ты здесь?
– Провожаю тебя.
Повисла пауза. Мила нервно кусала губы. Борис упрямо буравил взглядом шнуровку собственных кроссовок. Объявили посадку. Толпа, сметая на своем пути любые препятствия, ринулась к поезду, разбив пару. Когда основная масса людей прошла, Борис решился поднять глаза. Мила смотрела на него в упор.
– Счастливого пути, – она развернулась и, не прощаясь, пошла к выходу.
– Мила! – кавалер нагнал ее, схватил за руку и поднес ладонь к губам. – Спасибо. Ты лучшее, что случилось в моей бестолковой жизни.
Женщина силилась, но не сумела сдержать слезы. Чтобы не зарыдать, она чмокнула Бориса в щеку и побежала к выходу. А он застыл, глядя вслед несостоявшейся любви, и очнулся только тогда, когда поезд стал набирать ход. Прыгая на подножку последнего вагона, бранными словами костерил себя за то, что не случилось много лет назад. Карьера не сложилась, с женщиной мечты разминулся, отцом так и не стал. Каков кузнец, такое и счастье.
Загородный дом встретил Милу духотой. Устроив сквозняк, она решила освежиться и принять ванну. Прихватив текилу, включила музыку, перевела джакузи в режим гидромассажа и, размазывая по щекам слезы, плюхнулась в воду. Опавшая косметика расползлась по холеному лицу неприглядной личиной. Отхлебывая содержимое бутылки прямо из горлышка, изменница подвывала в такт песне, по полочкам раскладывая свою жизнь. Любила ли она Бориса? Сейчас нисколько. А прежде? Мила и не искала ответ на этот заковыристый вопрос. Хотелось просто выплеснуть эмоции и снять напряжение. А заодно смыть с себя накопившийся негатив. Измена оказалась совсем не тем снадобьем, которое ей требовалось. Но, как всякое лекарство, обмену и возврату не подлежала. Что сделано, то сделано. Сумела же она как-то пережить предательство Бориса. Вычеркнет из памяти и эту досадную встречу.
