– Папа, с Людмилой я поговорила и постаралась все объясни…
– Изволь объяснить и мне. Коротко, но ясно!
– Оля развелась. У сына был единственный шанс забежать в ЗАГС за один день.
– А Федька у нас орловский рысак?
От безысходности дочь зарыдала. Старик нащупал ее руку и нежно сжал ладонь.
– Папа, я знаю только это. Позавчера вдруг позвонил и сообщил, что женился.
– Чтобы ноги его не было в моем доме! – потребовал старик. – Проклинаю!
– Папа, не говори так – грешно ведь.
– А предавать не грех?
– Но он еще почти ребенок.
– Нет, он – мужчина! Советский офицер! Но при этом – сукин сын! Я в его годы… – старик закашлялся. – Будет служить на Севере – никаких ближних округов! – отец стал задыхаться, и Вера испуганно позвала на помощь.
В палату вбежала медсестра со шприцем.
В Верхний Стан добрались ближе к ночи. Обнявшись с матерью, Леся беспомощно расплакалась. Анна обняла ее и кивком головы подозвала Милу. Внучка тяжело вздохнула и скрепя сердце приблизилась. Анна обняла их двоих. Младшие брат с сестрой не знали, как себя вести, и, безмолвствуя, переглядывались, сидя на диване. Григорий подмигнул им и кивнул на накрытый стол.
– Это кто же приготовил все эти вкусности?
– Мы с бабулей! – с готовность выкрикнули подростки.
Мила обернулась к двойняшкам и улыбнулась. Те сорвались с места и повисли у нее на шее. Сестра открыла чемодан и достала подарки.
– Вертолет! – не поверил своему счастью Иван.
– Медвежонок! – прижала игрушку к сердцу Алена.
– Раздачу слонов перенесем на потом, – подытожил отец. – Страсть как хочется поесть. Все моем руки и – марш за стол!
– Лесины работы по телевизору показывали, – радостно сообщила Анна.
– Баба Зоя сказала, что Людка у нас талант! – поддержала внучка.
– А кто-то еще сомневается? – с интонацией отца, подыграл ей братишка.
– Когда я ем, я глух и нем! – с показной строгостью резюмировал Григорий, подкладывая Миле кусочек курицы посочнее. – Подивитесь, какая у меня дочь уродилась.
– Будто она только твоя, – с показной обидой благодарно откликнулась Леся.
– Наша! – с полными ртами засвидетельствовали двойняшки.
– Наша, – с нежностью повторила Анна. – В газете ее тоже нахваливают.
– Где? – оглянулся Григорий.
– На телевизоре! – хором отрапортовали младшие.
– Ты ж моя кровинушка, – умилился отец.
Мила благодарно прислонилась к его плечу. Незаметно смахнув слезу, Анна подвинула зятю миску с салатом и любимыми котлетами. Она не знала, как иначе выразить ему свою признательность.
– Спасибо, мама, что уважили, – расчувствовался Григорий. – Завтра отнесу газету на работу. Пусть знают, какая у меня дочь!
– А в пятницу едем на море! – заерзал на стуле Иван.
Воспользовавшись тем, что Леся занялась мытьем посуды, Анна взяла газету и незаметно выскользнула за порог. На лавочке во дворе восседала привычная троица. Настасья при виде гостьи оживилась. Анна развернула газету и, ткнув пальцем в нужном месте, с нескрываемой гордостью протянула ее закадычным подружкам. Баба Зоя протерла очки и вслух зачитала: «…Приятно удивила членов комиссии работа Л. Яремчук «Портрет ветерана». Молодой девушке удалось удивительно точно и проникновенно выразить глубину и боль переживаний участника далекой войны. Как приятно, что советская студентка в совершенстве постигла науку чуткого и бережного отношения к нашей памяти! Ее успешно преподают в республиканском художественном училище с его давними и славными традициями. Из стен этого учебного заведения выпущено множество талантливых живописцев и скульпторов. Среди них – три народных художника СССР, два лауреата Государственной и пять лауреатов республиканских премий, а также Герой Социалистического Труда. Людмила Яремчук не просто впитала в себя восхитительный дух творчества своих наставников, она обогатила его силой молодости и крепостью мировоззрения убежденной комсомолки. Циклом графических работ юного мастера «Вальс Победы» открывается всесоюзная выставка молодых художников. Пожелаем же талантливой современнице новых творческих успехов!»
– Дюже мудрено написано, – вздохнула неугомонная Настасья. – Но по всему видать – молодец ваша Людка.
– А про Наташку слышно что-нибудь? – присев, поинтересовалась Анна.
– Отличница, передовица учебы, – не без гордости сообщила баба Зоя. – Про нее даже передачу по радио сделали.
– И за границу на конкурс какой-то отправили, – подсказала Аксинья.
– На Всемирный фестиваль молодежи и студентов, – заученно повторила баба Зоя.
– О как! Как бы Наташка там любовь с негром не закрутила, да не нарожала б нам шоколадных деток. Ищи-свищи потом блудливого папашу, – с откровенным намеком поддела Настасья и покосилась на вздрогнувшую Анну.
– Не плети ерунды! – сплюнула через плечо баба Зоя. – Наташка наша – кремень. На абы кого не поведется.
– Твоя правда, – заступилась Аксинья. – Умница она. Нашему Жорику так складно литературу сказывала, что он взялся за ум и принялся книжки читать. Хорошая из нее выйдет школьная наставница. А твоя внучка будет учить рисованию? – обратилась она к притихшей Анне.
– Еще и черчению, – предположила та. – А, может, станет художницей.
