Следователь с интересом посмотрел на нее, с трудом сдержав улыбку.
– Амелькова, которая всех построила и повела на штурм военкомата? – уточнил он.
– Не вижу в этом ничего смешного. Лучше на фронт, чем в плен.
– Это вы точно подметили, – чекист стал серьезным и принялся заполнять протокол. – Все правильно вы сделали. И сердце подруги запустили мастерски. Где вас, кстати, этому научили? Не в партизанском ли отряде?
– На военной кафедре, – парировала Наташа. – Нас этому учили на случай войны.
– Вот и выдался такой случай, – скрыл усмешку гость. – Только вот применить полученные навыки почему-то сумели только вы.
– Другие попросту не успели.
– И это хорошо. Итак, к делу. В котором часу и с чего все началось?
– Так вам, наверное, в других комнатах уже все рассказали, – игриво вставила Полина, пытаясь привлечь внимание к себе.
– В данный момент я опрашиваю товарища Амелькову, – сухо оборвал офицер. – Девушки, постарайтесь отнестись к моим вопросам предельно серьезно. Итак, с каких событий началась вся эта чехарда?..
После того как чекист покинул комнату, подруги довольно долго не могли подобрать слов. Первой пришла в себя Наташа. Она подошла к окну и выглянула вниз.
– Смотрите: там кого-то выводят в наручниках.
Подружки вскочили. Трое парней, опустив головы, шли в окружении мужчин, одетых в поразительно одинаковые плащи. Их довольно бесцеремонно затолкали в газик.
– Куда повезут? – шепотом поинтересовалась Полина.
– Надо думать, не в милицию… – предположила Наташа.
– Пиши пропало, – посочувствовала Ирина.
– Не напились бы – не додумались бы включить запись Левитана. Готовились к тематическому вечеру, а угодят за решетку, – подытожила Лариса. – Надеюсь, всем ясно, почему больше ничего не обсуждаем вслух.
Все испуганно кивнули…
Вечерняя прохлада возвратила Наталью в реальность. Она поежилась и всмотрелась в циферблат. Непозволительная роскошь – выпасть из рабочего графика на целых три часа. Спешными темпами придется наверстывать упущенное. Женщина закрыла окна на лоджии, взяла клубнику и вернулась в квартиру. Перекусив, подсела к компьютеру. Хоть камни с неба – завершить работу необходимо к утру.
Миле стало зябко, и она проснулась. Плед сполз на пол. Рука и шея затекли. В гостиной тоскливо отсчитывали время купленные по случаю старинные напольные часы. Один удар, другой, третий. «Бог мой, всего лишь середина ночи, а, кажется, будто проспала сутки». Интересно, Саша заночевал в спальне или в детской? Она осторожно обследовала квартиру. Все комнаты были пусты. От мысли, что муж ночует рядом с другой женщиной, бросило в дрожь. Ссора приняла затяжной характер и грозила обернуться катастрофой. Мила перебралась в столовую и сварила себе кофе. Крепкий напиток взбодрил, но не придал уверенности. Срочно было необходимо что-то предпринять. Но какой выход можно найти глубокой ночью? Беда! И она куда страшнее всего того, что с ней произошло за все годы замужества. Мила откровенно жалела себя. Слезы текли градом. В сравнении с днем сегодняшним страдания четвертьвековой давности были сущим недоразумением. Впрочем, в двадцать лет так не казалось.
