В какой-то момент лодка развернется и пойдет против течения, до гребного клуба, и у Холли будет шанс вновь увидеть его лицо, напряженное и сосредоточенное, когда он сгибается пополам и откидывается назад, заводя команду, устанавливая темп. Надо подгадать со скоростью, чтобы увидеть его, а потом можно и брести к велосипеду. Окончательно сбив дыхание, Холли упрямо бежала вперед. Как же сделать так, чтобы снова его увидеть?
Лодка пронеслась мимо, и Холли грузно потопала по песчаной тропе к общежитию, хотя ее пошатывало от сегодняшнего подвига. Завтра у гребцов снова тренировка, и она обязательно выйдет на пробежку, хотя в девять у нее занятие с тьютором и складывается критическая ситуация с рефератом. Однако возможность увидеть
Порой Холли гадала, уж не одержимость ли это, но ее поведение совпадало с поступками героинь литературных произведений. Физическое возбуждение, которое она ощущала при виде
– Да неужели, – с деланым безразличием тянула она, если Софи упоминала о нем (притворному безразличию она научилась как раз у подруги), и старательно избегала появляться рядом, когда он и Софи были вместе. В редкие моменты, когда он приходил к ним в колледж, девушка низко опускала лицо. А он, как искренне думала Холли, не обращал на нее ни малейшего внимания.
Лишь однажды он посмотрел ей прямо в глаза. Холли бежала в свою комнату, когда выше по лестнице, от комнаты Неда Иддслея-Флайта, загрохотали шаги. Топали две пары ног – судя по звукам, Неда и какого-то незнакомца. Они пронеслись мимо, как раз когда Холли дошла до двери. Девушка вынуждена была посторониться и пропустить их.
– Привет, – бросил Нед на бегу.
– Привет-привет… – шепотом съязвила Холли, и тут мимо протиснулся второй.
– Извините… Извините! – Он поднял руки и сверкнул улыбкой. Зеленые глаза излучали тепло и уверенность, что он получит прощение – а как же иначе! Не дожидаясь ответа, он бросился догонять Неда.
– Ничего, пожалуйста, – пискнула Холли, перегнувшись через перила. Голос ее прозвучал слабо и беспомощно, пропав в лестничном колодце. Она подождала, но никто не ответил.
Все могло осложниться, когда Софи начала с ним встречаться – «видеться», как она довольно жеманно выражалась, потому что ни одна студентка не стала бы говорить, что встречается с Джеймсом Уайтхаусом. И не только потому, что такой молодой человек не мог никому принадлежать, а еще и потому, что ни одной не захотелось бы показаться недостаточно крутой.
На деле их с Софи роман все только облегчил. Джеймс редко приходил в общежитие, разве что поздно ночью, поэтому не было риска, что он заметит Холли и догадается о ее влюбленности. При этом Софи не могла удержаться, чтобы не пооткровенничать с подругой, жалуясь на свою неуверенность и ища заверений в том, что она действительно нравится Джеймсу. Ну и, разумеется, щедро потчевала Холли рассказами о новых похождениях «либертенов», среди которых был и Джеймс. Софи жарким шепотом выкладывала тайны, которыми не должна была делиться, но все равно делилась – отчасти из желания шокировать.
Софи поделилась с подругой планами новогодней вечеринки, которую она собиралась устроить дома в Уилтшире, пока родители будут в Лондоне. Джеймс, как она очень надеялась, тоже приедет, а еще будет ее оксфордский «избранный кружок»: девицы, изучавшие античных авторов или историю искусств и тоже имевшие папаш-банкиров, и загородные усадьбы с пони, бравшие уроки тенниса и проводившие каникулы на горнолыжных курортах. Они получали домашнее образование, а с шестого класса учились в частной школе. Холли не имела ничего против Алекс, Джулс и Кэт, но они даже не притворялись, что хотят с ней дружить. Холли не ждала приглашения, но ее неожиданно больно задело, когда в конце семестра стало очевидно, что ее не пригласят. В ее душе затеплилась надежда, что Софи сейчас неспроста завела этот разговор, но с новогодней вечеринки та переключилась на званый ужин, и девушка поняла, что ее с самого начала никто и не собирался приглашать.
Может, ради шутки напроситься самой? Но Холли тут же представила себе жалостливый ответ Софи: «Ой, прости, мне как-то в голову не пришло, что ты захочешь приехать». Или еще откровеннее: «Холли, но моя вечеринка совершенно не в твоем… стиле».
